Сколько волка ни корми

Где это видано, чтобы нос я попусту задирал?

***

— Не у той он родился, — задумчиво Самбор сзади Врана говорит.

И хорошо Вран к Самбору относится, и приятно порой с Самбором посидеть да помолчать, а иногда — и поговорить даже, когда Самбора на замечания редкие пробивает, вот как сейчас — но как же не вовремя именно сегодня Самбор решил Врана обществом своим осчастливить.

Вечереет — а ничего так и не меняется. Не избавился Вран ни от Сивера с Вешем, ни от дедка даже этого — нашёл с ним Сивер язык общий довольно быстро, уболтал всё-так, перестал дедок недружелюбные взгляды свои на Врана бросать, обрадовался Вран — да не тут-то было.

Потому что совсем Сивер, похоже, о помощи своей дедку забыл. Потому что, похоже, живёт внутри Сивера его собственный дедок, живо с другой душой старческой, пусть и потусторонней, переплётшийся.

Потому что вот уже час третий, если не четвёртый, Сивер всё дедку этому байки травит, и нет им конца.

И о том, как охота последняя прошла, и о том, как Будивой некий, которого Вран в глаза не видел, удар решающий оленю нанёс — и о том, как потом и вепря лес волкам послал, и не одного даже, а стаю целую.

Разглагольствует об этом Сивер, разглагольствует, разглагольствует — и дедок его слушает да поддакивает, и как неприкаянные за ними Вран с Баей и Самбором по всему лесу таскаются, потому что дедок, речами вдохновлёнными Сивера проникшийся, то на одну полянку с травками целебными их приводит, то на другую. Только вот срать хотел Сивер на все эти полянки да травки — Вешу нетерпеливо рукой на них машет, мол, собирай, и сам дальше в балаканье своё пускается, подвиги лютьи восхваляя.

«Да не был ты даже на охоте этой», — раздражённо Врану оборвать его хочется, но сдерживается Вран каждый раз. Пусть лучше Сивер охотой хвастается, чем дедок о «полудушниках» орёт пронзительно.

И был бы Вран, в сущности, и этим доволен, и плюнул бы и на Сивера, и на дедка, и на бурчание их непрекращающееся, и сам бы к Бае повернулся, и сам бы беседу с ней ладную завёл — да только, к сожалению, стоит каждый раз за спиной у Баи Самбор с лицом глубокомысленным, и никакие слова заигрывающие от вида его у Врана из горла не лезут.

На последней полянке совсем уж Сивер с дедком окопались, Веша отправив корни солодки неподалёку копать. Привалился Вран к дереву, пристроилась рядом Бая — и Самбор, разумеется, что б его с проворотом, позади всей тушей своей плюхнулся.