Сколько волка ни корми

Хмыкает Вран весело. Вот это заявление.

— Не Радей я, — говорит он, на ноги поднимаясь, чтобы к Сиверу обратно приблизиться — держат его ноги, хоть и неохотно, хоть и пошатывается он взад-вперёд. — Вран это. Слышишь ты меня, дурак сонный? Оставлю я тебя в покое, как только про пояс мой скажешь. Сам-то в поясе лежишь, не стыдно тебе, а? Мне без пояса никак нельзя, иначе...

Иначе побольше, чем Радей, у тебя неприятности возникнуть могут. А ну как Чомор по душу... души врановы сюда заявится, почуяв только, что защита какая-никакая с Врана спала? Не рад никто будет, думает Вран, хозяину леса огромному.

— ...в общем, просто про пояс мне подскажи, — заканчивает Вран.

— Да-да, — бормочет Сивер. — Поясница коли болит — это, значит... Это определённо что-то значит...

Хорош знахарь.

— Сивер, — уже ногой его Вран толкает. — Сивер, мать лесную, хватит спать! Радей к тебе пришёл, слышал он, какие гадости ты о нём во сне болтал — отвечать тебе перед Радеем теперь, так что быстро глаза открывай!

— Да уж, Вран с Белых болот, — внезапно сверху говорят.

И закрывает луну из оконца лицо Баи улыбающееся.

И всё же покривил Вран душой немного: сжимает что-то его грудь, а потом отпускает, когда не видит он в глазах Баи ни страха, ни отвращения.

— Да никакими приёмами его не расшевелишь, красавица, — фыркает Вран.

— Ну как — где? — ведёт Бая плечом, едва в прорези оконном видным. — В доме ты знахарском, разве не догадался ещё? Так, погоди-ка...

Исчезает лицо её из проёма оконного — да что уж, из дыры, в земле проделанной, — и лезут вдруг в проём этот сапоги её.

— А дверь?.. — недоумевающе Вран спрашивает, хотя другое он бы переспросить хотел:

«В доме»?..

Это люты «домом» называют?..

Ладно, может, не понял Вран чего-то.

— Запер Радей дверь, — пыхтит Бая, с трудом бёдрами в оконце протискиваясь. — Или Сиверу её запереть наказал... Нож мне нужен, чтобы открыть её.

— Да, — вспоминает Вран. — И мне тоже нужен. Бая, а где...

— Где, где — в звезде, — ворчит Сивер, на другой бок переворачиваясь.

— Как же повезло мне, что давно уже я с ним место спальное не делю, — доносится голос Баи всё ещё снаружи — и опираются сапоги её вслепую на одну из полок.

Ненадёжно как-то это выглядит.