Сколько волка ни корми

— Ты что с ней сделал, уродец однодушный? — не успокаивается дед, то подскакивая к Врану, то отпрыгивая от него — точно пёс взбесившийся, не лает разве что. — Ты как додумался нож её руками своими грязными схватить? Отдай, отдай нож ей! Бая, а ты что глазами хлопаешь? Лесьяра, посмотри на неё, посмотри, в каком она виде! Ты куда наследницу на ночь глядя уволок? Ты что...

Смотрит и так на них Лесьяра — впереди толпы лютьей смотрит, из которой дед выскочил и которая на краю болота собралась. Не ожидал Вран, что так много народу здесь будет.

Но Рыжка к такой толчее точно из воды выходить не будет.

— Рыжка, — говорит Бая, как мысли его читая. Хмурится, взглядом недоумевающим деда смеряя. — Бушуй, успокойся. В порядке всё со мной. Ведьму мы... нашли.

«Нашли». Понимает Вран, что не это слово Бая сказать хотела — да не повернулся язык у неё.

— Ведьму? — Очень имя Бушую его подходит — подсказал, что ли, родителям кто, когда выбирали? — Лесьяра, ты слышишь? Какую ведьму, Бая? О чём ты? Вовек ведьм в лесу этом не водилось!

— В лесу, может, и не водилось, — огрызается Бая, и с облегчением Вран готов выдохнуть: молодцом она держится, вон как ответами в Бушуя этого стреляет — значит, хоть немного в себя пришла.

Запинается Бая. Обеспокоенно Бушуй брови косматые сдвигает — есть что-то в лице смуглом его с Баей общее, углядел теперь Вран.

— ...на кольце железном болтались, — заканчивает за неё Вран, не на деда смотря — на Лесьяру. Опять у неё взгляд этот ледяной, непроницаемый. Ничего, сейчас Вран живо этот лёд растопит. — К ведунье я... мы...

Хочет было Вран приврать немного, чтобы и себя, и Баю выгородить — но понимает он, что лучше без этого обойтись сейчас.

— К ведунье я Баю попросил со мной сходить, — продолжает он. — Узнал я, что Рыжка к себе стариков постоянно тащит, подумал, что помнит она что-то из жизни своей прошлой, из утробы материнской про бабку, которая всем помогает.

— В деревню? — низко, угрожающе Бушуй спрашивает, снова на Врана надвигаясь.

Крепкий он на вид, хоть и немолодой, хоть и с Врана невысокого ростом — но лицо умное, живое и уж больно распалённое. Вран особых надежд не строит: такой набросится — мокрого места не останется.