Бессмертие не для всех

– Невероятно!

– Конечно! – возразил Юниэр. – То, что меня заколдовали охотники за влюбленными, более вероятно. А ты доехала до дворца на мертвом коне и научилась приказывать духам. Никогда еще не слышал такой занимательной правды!

– Значит, папа жив? – она глядела на Юниэра сияющими глазами.

– Разумеется, – усмехнулся Юниэр, – папа жив. А его ленивая дочка полдня почивала, в то время как её несчастный возлюбленный метался по огромной площади, обманутый и никому не нужный.

– Никогда еще я не просыпалась такой счастливой, – улыбнулась Мирэя.

– Правда? – Юниэр приблизил к ней лицо и посмотрел в глаза. Ей стало вдруг легко и страшно одновременно.

– Так что же? – Юниэр медленно подбирал слова, – теперь, когда ты знаешь, что мы ничего не испытали вместе на площади Хема, ты меня выгонишь?

– Нет, – еле выдохнула она.

Кому же под силу описать эти блаженные мгновения, когда сталкиваются две горячие юные страсти? Благодаря Юниэру девушка забыла свой страшный сон, шутками он развеял все её сомнения.

Злополучное утро

Их сон не был долгим: во дворце начался переполох, послышались стенания и крики. Гвалт стоял такой, как будто вспыхнул пожар или напал неприятель. Быстро одевшись, Юниэр и Мирэя выбежали из комнаты. Заметив служанку, Мирэя схватила её за руку.

– Что произошло?

Та испуганно посмотрела на неё, потом опустила глаза:

– Король убит, – тихо сказала она.

– Нет. Этого не может быть, – Мирэя побледнела.

Опомнившись, она побежала вниз по ступеням.

Киннар лежал на диване, в груди его зияли темные раны. Неподвижное лицо короля казалось растерянным – смерть застала его врасплох. Кто-то напал на него спящего, когда он, уставший после переговоров, лег отдохнуть, как оказалось, в последний раз.

В комнате было много людей, и все молчали. Мирэя не замечала их. Она целовала холодную руку короля и горько плакала. "Папочка, милый мой, ну как же так? Если б я только поверила в сон, – причитала она.

Мысль о том, что она могла бы предупредить его, защитить, забрать в свою комнату, всю ночь сторожить его сон, терзала её.

Она гладила лоб короля и его бороду, но он не оживал. Он ушёл навсегда неизвестной дорогой мёртвых, а она осиротела.

В маленькой комнате, смежной с кабинетом, Мирэя сидела в кресле, уставившись в пространство невидящим взором. Всё стало ей безразлично.