Бессмертие не для всех

Он встал, сделал знак рукой и призвал Лидию к себе. Музыка стихла, и охваченные страстью Ярон и Лидия удалились, не оглянувшись.

Мирэя осушила кубок вина залпом. Она чувствовала досаду и злилась на себя за это. Только что Ярон вызывал отвращение, но после того, как он исчез в тёмном проёме, ведущем в покои танцовщицы, сердце неожиданно затрепетало от неуместной ревности.

– Да-а-а, – услышала она тягучий приторный голос, – умеет эта девчонка зажечь сердце Ярона. А ведь он, как кремень, ничто его не волнует и не радует.

Горудун, незаметно появившийся рядом, расточал комплименты смуглой красавице и тем самым растравлял ревность Мирэи.

– Я хочу вернуться в свои покои. Думаю, Ярон не будет настаивать на моём присутствии здесь, – сказала Мирэя, не желая поддерживать неприятный разговор.

– О, разумеется, – Горудун затрясся от смеха, – мы не увидим его до утра.

Мирэя, холодно кивнув старику, пошла в комнату, где совсем недавно Ярон бесцеремонно прервал её сон.

"Разве ты хочешь потратить молодые годы на зубрежку длинных магических заклинаний? Исчахнуть над книгами заклятий?" – что-то подобное говорил один милый фейр. У него были мягкие губы – она помнила его поцелуи. Неужели он был прав? Может быть, она утратила былую красоту и привлекательность за годы, которые посвятила колдовскому искусству? Потеряла способность любить и вызывать любовь? Мирэя спрятала лицо в подушку и зарыдала.

***

На следующий день обитатели замка проснулись поздно. Горудун подошёл к окну и взглянул на чёрные скалы, окутанные прозрачной вуалью колеблющегося воздуха, на пенный прибой и море, искрящееся благородным опалом, и вздохнул.

Как можно было создать такую красоту, а потом отвернуться от мира, уйти, бросив неразумные народы, которые никогда не научатся быть благодарными за своё существование, никогда не смогут жить толково и пользоваться этими несметными природными богатствами.

– Ты звал меня? – в покои вошла высокая старуха.

Чёрное глухое платье обтягивало костлявую фигуру, а горделивая осанка невольно принуждала смотреть на неё снизу вверх. Прямые седые пряди волос, не убранных в прическу, падали на спину. Жутковатый взгляд бледно-зелёных глаз был цепким и твёрдым.