Бессмертие не для всех

Буги одобрительно хмыкнул: "Молодец колдунья!"

Он греб, поднимаясь выше и выше в мутноватой воде, и радовался. Может он и умер, зато не сгорел! Руки-ноги целы, только шляпу унесло; так шляпу ему новую подарят, когда он доберётся до Вешенки. Буги почувствовал чьё-то прохладное прикосновение и стал двигаться быстрее, подталкиваемый упругими светящимися щупальцами. Его окружали странные существа с покатыми лысыми головами и огромными круглыми глазами. Их продолговатые тела оканчивались десятком гибких щупалец и переливались, как радуга на воде.

"Странно, – подумал Буги, – в чертоги Вешенки умерших провожают бабочки. Но ведь я умер не в лесу, так откуда в воде взяться бабочкам?"

Существа явно не желали ему зла; Буги даже показалось, что они улыбаются глазами-блюдцами, и он всецело доверился им.

Неведомо откуда появившиеся воды проявили избирательность. Всё живое разметало по подземным лабиринтам Прибрежных гор, причем, бывшие пленники агнегеров долго держались на плаву, а вот сами огнепоклонники, во главе с гордым Аргавой, оказались навеки погребёнными под толщей воды.

Тайны Прибрежных гор

Мирэя очнулась, провела рукой по песку, белому и воздушно мягкому. Она лежала на небольшом острове, перед ней раскинулось необъятное море, позади высились Прибрежные горы. Заходящее солнце приятно согревало и ласкало кожу. В голове звучала детская песенка:

Плывите к нам в гавань,

Вас ждут на причалах,

Желанных гостей привезли,

Желанных гостей и подарки

Лебеди-корабли.

Мирэя потянулась, улыбаясь, и огляделась.

Она была не одна на острове. Рядом, терпеливо дожидаясь, когда она очнётся, сидела женщина, самая прекрасная на свете. Это была её мама.

– Мама! Ты пришла, или я умерла? – спросила Мирэя и была бы рада любому ответу.

– Доченька, как тебе удаётся попадать в такие переделки?

– Это ты меня выручила?

– Нет, это Солло, я почти отчаялась его уговорить. Шанкары стараются не вмешиваться в мирские дела.

Мирэя была поражена.

– Эта волна? Солло? Ты разговариваешь с ним? Так же, как со мной?

– Чаще, намного чаще.

.. – Феорена глядела на дочь, как будто хотела удержать её образ, напитаться им.

– Я ведь тоже покинула мир людей и не должна приходить к тебе. Шанкары считают, что, когда мы вмешиваемся в чью-либо судьбу, то можем навредить. Как бы ни велико было наше желание помочь, надо сдерживаться. Но когда я почувствовала, какая опасность тебе угрожает, предупреждения не остановили.

– Да, но Солло? Зачем ему?

Феорена вздохнула.