Бессмертие не для всех

Мой брат первым подошел к туше и собирался её забрать, но незнакомец тоже подошел к ней и указал на свою стрелу. Стрела-то его, но он не крон и даже не вилан, а места эти наши; он и охотиться здесь не имел права. Поэтому мой брат не отдал ему вепря... – рассказчик замолчал.

– Ну и? – поторопил его Точо.

– Он избил моего брата, – Пэква вздохнул.

– Он странный. Вук отступился от добычи, но он не успокоился. Сказал, что честь его задета, и хочет убить Вука. Или предлагает выставить на поединок с ним любого силача.

– Скрутили бы его, напали все сразу и проучили, – посоветовал Точо.

– Он скрывает лицо. Никто не желает с ним связываться. Мы подумали, может, дева-воин захочет с ним состязаться?

– Зачем мне встревать в ваши дела? – возмутилась Мирэя, однако в душе она была совсем не против поединка. Ей льстило, что её назвали девой-воином и признали сильнее местных охотников.

– Пожалуйста, Вуку только шестнадцать лет, будет жаль, если он умрёт. А вам ничего не стоит наказать чужака.

– Ойва! – воскликнула Мирэя, что на их наречии означало "так и быть".

Вчетвером они поспешили в Серодубы. Воздух звенел, птицы пели, – всё предвещало чудесный день.

Вспыльчивый охотник, забредший в Серодубы, был одет в костюм из мягкой, коричневой кожи. Лицо его обтягивала маска с прорезями для глаз и губ. "Должно быть, дышать неудобно и обзор никуда не годится", – подумала Мирэя.

На поляне, где предстояло сражение, собрался народ. Мирэя заметила, что многие подтянулись из Беловухи – так быстро распространилась новость.

В этих двух селениях она была единственной обладательницей меча. Что ж, пусть попрыгает спесивый охотник.

Они вышли навстречу друг другу.

– Что, в вашем племени все мужчины трусы? Или вы их так бережете, что сражаться придется тебе? – незнакомец, видимо, любил поиздеваться.

– Если тебе совестно драться с женщиной, можешь отменить поединок, – предложила Мирэя. Хотя ей не терпелось сразиться с ним.

– Как же я упущу такой случай позабавиться? – человек в маске вынул меч из ножен.

Примериваясь друг к другу, они некоторое время прохаживались по площадке, а потом метнулись к её центру и скрестили мечи. Почти сразу Мирэя поняла, что ей не следовало соваться в эту драку. Меч незнакомца мелькал так быстро, что ей только чудом удавалось отвести его удары, а о том, чтобы наступать, не стоило и мечтать. Он оттеснил её на край площадки, и любопытные зрители попятились. Она тяжело дышала, капельки пота выступили на лбу. Это была не забава.