Твоя прекрасная ведьма

Самый наглядный пример: я про его детские обиды узнала только сегодня.

— И ты в который раз забываешь, что Вильгельмина — не твоя жена, — напомнил тем временем Оуэн. Хмыкнул и добавил: — И никогда ею не станет.

Густав попытался испепелить его взором. Оуэн лишь лениво изогнул бровь в ответ.

— Мина! — взвыл Густав после неудачной попытки помериться взглядами с Оуэном, в котором, увы, проиграл. — Не дури! Мне не нравится эта так называемая сделка. Очень не нравится. Давай просто вернемся в Рочер и обратимся в суд. Поверь, я найму лучшего адвоката…

— И я тоже, — мягко проворковал Оуэн.

— Вряд ли денег у тебя больше, чем у меня. Это будет грандиознейшая судебная битва в истории всего Герстана! Уверен, что тема аннуляции нашего брака станет ключевой во всех столичных газетах. Первые полосы, многочисленные интервью журналистам, скандальные разоблачения… О, шумиха выйдет знатной. И долгой. Очень долгой. Все продлится гораздо больше месяца. Уж что-что, а затягивать процессы адвокаты умеют преотлично. Особенно когда им за это хорошо платят.

Я издала тонкий жалобный стон. Опустилась на диван, сгорбилась, как будто мне на плечи навалилась вся мировая скорбь, положила локти на колени и спрятала в раскрытых ладонях лицо.

Слишком ужасна была та картина, которую описал Оуэн. Это будет настоящей катастрофой для меня! Да, конечно, рано или поздно, так или иначе, но брак будет расторгнут. Но сколько всего мне придется пережить до того славного момента!

— А еще Мина лишится крупной суммы денег из-за твоего упрямства, — вбил последний гвоздь в мой гроб Оуэн.

Образно выражаясь, конечно.

— Что вы имеете в виду? — мрачно уточнил Густав.

— Если брак будет расторгнут по моему желанию, то она получит приличное пожизненное содержание, — пояснил Оуэн. — Да и приданое ей вернется в полном объеме. В итоге Мина станет очень, о-очень обеспеченной дамой даже по столичным меркам.

— Ну уж ее деньги меня точно не волнуют, — огрызнулся Густав. — Поверьте, в браке со мной Мина ни в чем не будет нуждаться.

Однако в его столь самоуверенном заявлении мне вдруг почудилась нотка какого-то сомнения.

Я украдкой посмотрела на Густава, чуть разжав плотно сомкнутые пальцы. Тот по-прежнему стоял с грозно сложенными на груди руками. Однако его переносицу прочертила едва заметная задумчивая морщинка.

— В общем, Мина, решай сама, — первым прервал паузу Оуэн, снова обратившись ко мне. — Наша сделка все еще в силе. Но, понятное дело, насильно тебя удерживать здесь я не собираюсь.