Твоя прекрасная ведьма

Пожалуй, пролитое вино на фоне этого ужаса кажется не такой большой проблемой.

Кстати, о вине.

— Налить тебе выпить? — робко предложила я, силясь хоть как разрядить обстановку.

Оуэн глухо хмыкнул. Подошел ближе — и одновременно с этим я отбежала подальше, стараясь держаться так, чтобы между нами оставался какой-нибудь предмет мебели. Кресло или стол с напитками, например.

Оуэн занес руку над стройным рядом бутылок. После секундного раздумья выхватил квадратной формы графин, в котором, судя по темно-ореховому цвету напитка, хранилось что-то крепкое.

Небрежно плеснул себе в бокал. Выпил залпом, даже не поморщившись. И тут же налил еще.

— Может быть, попросить Патрисию принести каких-нибудь закусок? — еще испуганнее предложила я. — Ты, наверное, проголодался.

Оуэн осушил и второй бокал, проигнорировав мой вопрос. И сразу же наполнил его вновь.

Не нравится мне это. Как бы он не напился на моих глазах. На голодный желудок, крепкий алкоголь, да еще и устал, наверное. Все-таки от особняка Хейденов до дома моих родителей несколько миль.

И он совершенно точно преодолел их пешком, если судить по вымокшей одежде.

Словно подслушав мои мысли, Оуэн третий подряд бокал не стал пить. Вместо этого он поставил его на стол. Затем тряхнул головой, рассыпав мельчайшие брызги с волос. И, недолго думая, скинул сначала камзол, а потом и рубашку прямо на пол.

От неожиданности я замерла, уставившись ошарашенным взглядом на его голый торс.

— Наверное, тебе надо принести сухую одежду, — наконец, спустя несколько секунд очнулась я.

— И полотенце. Я сейчас…

И попятилась в сторону двери, сдерживая себя от отчаянного желания развернуться и ринуться прочь бегом.

Да, Оуэн пока не проронил ни слова. Ну, если не считать самой первой фразы. Но это как раз пугало больше всего. Наверняка он в ярости. Я чувствовала, как бурлят в нем злость и гнев. И просто чудо, что пока он не обрушил всю мощь своего негодования на меня.

Думаю, мне будет лучше убраться подальше подобру-поздорову.

Иначе этот вечер вполне может стать последним в моей жизни. Прибьет ведь. Как пить дать прибьет. И без проблем сделает так, что никто не узнает, где могилка моя.

Но стоило мне только потянуться к дверной ручке, как та вдруг ярчайше засияла белым огнем, как будто раскаленная донельзя.

— Даже не думай.

Короткая фраза камнем упала в сгустившуюся атмосферу гостиной.

Вот демоны!

Я обернулась к Оуэну и попыталась улыбнуться. Правда, от волнения получилось плохо.