Твоя прекрасная ведьма

Поэтому Оуэн просто отложил столовые приборы, однако предупреждать домоправительницу об опасности не стал.

Патрисия кинула на него осторожный взгляд, опять молчаливо спрашивая совета. Оуэн лениво пожал плечами, но выпрямился, оставив свою привычную расслабленность.

— Боишься? — лукаво поинтересовалась я. — Патрисия, брось! Ты все детство меня этой кашей кормила. Даже сама ее варила для меня. И я не жаловалась. Хотя бы ложечку попробуй!

— Ну хорошо, — все-таки решилась Патрисия.

Взяла чистую ложку и набрала ею самую малость.

Я увидела, как зрачки женщины мгновенно расширились, заняв почти всю радужку. Ага. Заклинание начало действовать.

— А пахнет вкусно, — удивленно проговорила Патрисия.

И щедро зачерпнула себе целую ложку. Уже без всяких сомнений отправила ее в рот и замерла, в блаженстве зажмурившись.

Пауза все длилась и длилась. Краем глаза я заметила, как Оуэн начал беззвучно постукивать пальцами по столу перед собой, видимо, настороженный слишком долгим отсутствием реакции со стороны домоправительницы.

— Это и впрямь восхитительно! — в этот момент очнулась она. Распахнула глаза и посмотрела на меня. Затараторила, спеша выплеснуть все свои эмоции: — Мина, девочка моя! Это просто чудесно!

— Патрисия, ты как будто удивлена вкусом, — насмешливо проговорила я. — Странно. Ты ведь всегда готовила кашу сама.

— Да, но я никогда ее не пробовала, — ляпнула Патрисия и осеклась, видимо, осознав, что сказала лишнего.

— Теперь знай, как хорошо ты готовишь, — любезно произнесла я. — Говорю же: настоящий шедевр высокой кухни!

Патрисия зарделась, польщенная похвалой. Обернулась к Оуэну, который ошарашенно наблюдал за всей этой сценой, и потребовала:

— Мальчик мой, я хочу, чтобы ты тоже попробовал!

— А я не хочу, — мгновенно отказался он.

— А я хочу! — Патрисия грозно уперла руки в бока. — Оуэн, ты в детстве тоже любил мою овсянку. Забыл, наверное, как она была хороша.

— Я прекрасно это помню, — пробурчал себе под нос Оуэн. — Потому и не хочу.

На его беду, Патрисия это услышала.

— Что? — визгливо переспросила она. — В каком смысле — «потому и не хочу»? Тебе что, не нравилось, как я готовлю для вас?

Губы Оуэна шевельнулись в беззвучном, но вполне читаемом ругательстве, а я торжествующе усмехнулась. Мой ненаглядный супруг осознал, в какую ловушку угодил. Скажет правду — Патрисия обидится, и обидится сильно.