Оковы

– Вы можете поставить защиту, чтобы он больше никогда не смог добраться до меня?

– Нет. Только на время. Ты не проводник. Ты сама и есть брешь.

– Значит, я была права. Моя смерть могла бы помочь.

– Он выберется другими путями. Если есть одна тропинка, отыщется и другая.

– К чему мне думать о других. Я не хочу. Почему именно я эта брешь?

– Это череда роковых событий. Если ты умрешь, он выберется через других людей. И он знает о твоих родителях. Никто из них не может быть в безопасности.

– Вы так говорите, будто они его заклятые враги, а не всего лишь люди с которыми у меня имеется родственная связь.

Если только он не начнет искать новые пути через них…

– И это тоже. Но главное, он с ними знаком. И никто не знает, какой будет новая встреча.

Мираэль осеклась. Отец… он знал отца. И это привело его в ярость.

– Что же мне делать?

– Тебе придется запечатать дороги в этот мир навсегда. Это путь полный шипов, на который ты должна согласиться добровольно. Твое сердце должно желать его, ибо это может быть путь в один конец.

Мираэль кусала губы.

– Понимаю, – женщина встала. – Я найдусь, когда ты будешь готова.

Она махнула рукой. Прежде чем Мираэль успела возразить, все исчезло.

Она стояла там же откуда женщина их и забрала. Одна.

Людской поток обтекал ее, не обращая на застывшую девушку внимания.

А может, ничего и не было.

***

Это была первая ночь, когда она выспалась. Ничто не досаждало ей, кроме мыслей. За завтраком она долго не решалась заговорить с отцом. Сегодня он завтракал вместе со всей семьей.

Это было редкостью. Обычно он уходил в свою лабораторию еще до рассвета.

Она улучила момент после завтрака, когда дети разбежались по своим делам. Отец сидел в гостиной и разбирал почту.

Мираэль села в кресло рядом.

– Отец, у тебя найдется время для меня?

Рикард поднял голову и отложил нож для писем.

– Конечно. Все мое внимание – твоё.

– Что вы не сказали мне о моем рождении? – спросила она. – Есть что-то, о чем мне следует знать?

Он этого вопроса не ожидал:

– Что-то случилось?

Мираэль засомневалась.

Она не могла рассказать о Чудовище в своей голове. Ей не хотелось, чтобы родители узнали о существе, которое жило рядом с ней. Она не спешила начинать разговор. В конце концов, она выбрала сказать полуправду:

– Я давно поняла, что я отличаюсь от других. Корила себя за то, что не могу многого из того, что умеют другие студенты. В Аскеле я встретила женщину, которая очень мне помогла. И вот… в Вестдалене мы повстречались снова.