Институт неблагородных. Тёмные крылья

— Присядь, пожалуйста! Только обмороков мне не достаёт!

Соль помогла Аде опуститься в кресло и хотела отойти, но девушка вцепилась в её руку:

— И Далида снова исчезла, — прошептала она со слезами на глазах. Аде казалось, что череде препятствий и неприятностей уже не будет конца. Стоит взять один барьер, как на пути вырастают три таких же!

— Всё получилось, — мягко ответила Соль и освободилась от мёртвой хватки. — Марк и Далида просто дали тебе отдохнуть.

— Сколько я спала?

— Почти сутки. По мне, так совсем недолго.

Соль обеспокоенно посмотрела на Аду:

— Идти можешь?

— Куда?

— К Эмме, конечно, — почему-то вздохнула Жилка и из маленькой сумки достала костяной гребень. Ада сделала упреждающий жест, означающий: мол, не надо, но Соль его проигнорировала, пояснив назидательным тоном, как маленькой:

— Это придаст тебе сил, расслабься и не дёргайся!

Ада устала сопротивляться, бороться со всеми и каждым в отдельности, она растратила свои казавшиеся бесконечными силы, и те ушли, как вода сквозь пальцы.

— Молодец!

Голос Жилки сделался похожим на тихое мурлыканье. Гребень проводил по волосам, с каждым движением возвращая капельку энергии и возрождая огонь в груди и на кончиках пальцев. Аде давно не было так хорошо.

— Я готова! — откликнулась девушка, когда апатия уступила место жгучему желанию жить и действовать, не медля ни секунды.

— Так пойдём!

Ада могла бы и сама найти дорогу в кабинет ректорессы, потому что успела её изучить, как и коридоры замка, но обижать Соль, только что приведшую её в чувство, не хотелось.

— Вы тоже Богиня? — спросила Ада, желая прервать неловкое молчание.

— Когда-то меня считали таковой, но ни в одном из миров нет бессмертных.

— Можно спросить, как вы познакомились с Эммой?

— Можно. Только я не очень хорошо помню.

Путь оборвался у кабинета Эммы, И Ада пожалела, что он был недолог. Ей столько хотелось спросить!

— Мне надо туда идти одной? — она нерешительно посмотрела на Соль, и та молча, без тени улыбки, кивнула.

— Я потом навещу Эмму, — сказала она печально, словно речь шла о траурном прощании с близким.

Ада из вежливости постучала и проскользнула в открывшийся проём, из которого тянуло свежим воздухом и холодом.