Институт неблагородных. Тёмные крылья

— Ты хочешь, чтобы я присягнул перед сватами, как поручитель? И заверил в твоей плодовитости и способности родить сыновей? — Марк не колебался. Это будет “ложь во спасение”. — Согласен!

Лиллиан расхохоталась и метнула на него снисходительный взгляд.

— Твоего поручительства недостаточно, чтобы стать женой графа или герцога. У них сословное общество, и способность к сынорождению ценится выше иных умений. Я достойна лучшего из того, что есть!

— Что же ты хочешь от меня?

— Свидетельство Эммы Силкинс. Ей поверят.

— Допустим.

— Потом придумаю что-нибудь ещё. Я способная, — пожала плечами Лилиан и встала, всем видом показывая, что разговор окончен.

— Готовь амулет, да смотри, не напортачь! Из-под земли и из другого мира достану!

Марк отпустил руку Лилиан и, не оборачиваясь, вышел, тихонько прикрыв дверь.

Глава 31. Переговоры

Ада считала идею Марка провальной. Убедить Эмму принести ложную клятву — затея почти невыполнимая. Как ректоресса должна потом оправдываться перед дипломатической миссией Северного королевства?

Но её Дракона, казалось, сей факт совсем не смущал.

Девушка терзалась в одиночестве, не желая, чтобы кто-то стал свидетелем её волнения. Сидеть на одном месте было невыносимо, но боязнь встретить на своём пути любопытных или просто скучающих сокурсниц пересиливала желание бежать как можно дальше и не оглядываться.

Весело потрескивающие дрова, рождающие сильное и ровное пламя, давали иллюзию защиты и стабильности. Стоило закрыть глаза, сев в кресло, пододвинутое поближе к огню, и Аде чудилось, что все треволнения позади, и они с Марком обрели собственный дом.

Но иллюзии долго не длятся, приходилось выныривать в реальность и снова погружаться в водоворот страхов.

Время тянулось, как жидкая карамель. Ада ощущала приближающуюся панику, как испуганный маленький зверёк чует опасную близость хищника.

Ада решила покинуть убежище и приблизиться к линии фронта, начинающейся с лестницы, ведущей в кабинет Эммы. С застывшей улыбкой девушка раскланивалась со знакомыми и на дежурные пожелания доброго вечера отвечала невпопад и односложно.

На беду девушку окликнула Келисия. Декан, как обычно, выглядела безупречно, умело балансируя в стиле одежды между бесстыдством и вульгарностью, при этом никогда не изменяя красному цвету.