Обреченные

— Действительно. Я и сейчас не знаю кто она такая…

— Вот и посуди сам. Не будь рядом Марго, сумел бы ты переступить через себя? Понять, сколь сильно зло, которое творишь?

— Без понятия, — хмыкнул Анден. — Да это на самом деле и неважно. Все случилось, как уж случилось, не переиграть. Но знаешь, ведь не просто так она вначале с таким упорством меня разыскивала, а теперь навещает. Ты-то, глупец, думал, она хочет отомстить, а на самом деле…

— Жалеет! — выплюнул Фретерико.

— С каким пренебрежением в голосе ты говоришь это! А вот я счастлив и бесконечно благодарен за эту жалость, за поцелуи, даримые ею самой, а не по моей указке, за протянутую руку и просто мимолетный взгляд.

И за эти пробуждения, будь они тысячу раз неладны! Не столь вы и замечательные охотники, если обращаетесь ко мне с завидной регулярностью.

Фретерико промолчал, только сопел очень уж громко и наверняка сжимал кулаки.

— Я сильно задел ее этим неожиданным благородством, — не встречая возражений, продолжал Анден. — Мало ли она встречала мужчин, готовых пасть к ее ногам и отдать все, что у них имеется, а прочее захватить, украсть, выменять? Я готов был сделать ее царицей мира! Но она отказалась, и тогда я сумел захватить ее, не просто удерживать в темнице, а подчинить себе и мыслями, и этой самой душой, о которой ты твердишь, зудя над ухом надоедливой мухой.

Да, скорее всего, раньше или чуть позднее она сумела бы выкарабкаться из моей паутины, порвать нити, которые на проверку не столь и прочны, в конце концов, мы не ограничены во времени. Случись это, я остался бы в ее памяти очередным злодеем, недостойным ни одного доброго слова. Но! Я снова опередил и ее, и тебя, взглянув со стороны на то зло, которое причинил. А хуже того, изменив себя, я убил свою болезненную привязанность к ней.

— Ты…

— Не ревнуй, — усмехнулся Анден. — В конце концов, рядом с ней все еще ты, а не я. И занимать твое место я не собираюсь. Ненавижу я болеть… — погрустнев, сообщил он. — Разумом ведь понимаю, что так быть не должно, а разлюбить не в силах.

— Потому что не он определяющий…

— Вздор! У меня мигрень от тебя, поди прочь! — приказал Анден совсем иным тоном, голос завибрировал наполненный силой, и Райт осознал, что вскочил, и направляется к двери лишь когда Анден простонал:

— Ох… небеса! Опять. Очнись же, безумец!

— Сам такой, — глухо отозвался Фретерико.

— Воистину. Тот, кто столь легко подчиняет других, не может не повредиться рассудком.