Башмаки у двери спальни

И это весеннее волшебство не кончалось!

Через пару дней к нашему дому подошел астролог. Пощелкивая длинными, почти до земли, бирюзовыми четками, он остановился у двери и стоял там, пока старший отец не вышел с поклоном, поднося дорогому гостю чашу с водой.

— Прошу пожаловать в наш дом, знающий пути звезд, — отец склонился в глубоком вежливом поклоне.

— Пусть на ваш дом снизойдет процветание, — ответил астролог, омывая руки.

В это время Гампил, которому было плохо видно, сильно толкнул меня в спину, и я вылетел на освещенный солнцем двор прямо к ногам астролога.

Старик уставился на меня неожиданно яркими карими глазами, потом усмехнулся, погладил по голове и сказал старшему отцу:

— Я пришел объявить тебе волю богов, но вижу, что они сами не забывают о вас.

Отец снова пригласил астролога в дом, и тот провел у нас несколько часов, попивая чай под неспешную беседу. Нас к разговору не допускали, но когда астролог ушел, пощелкивая своими необыкновенно длинными четками, отец притиснул меня и радостным голосом сказал:

— Балсан! Радуйся! У вас с братьями есть невеста!

Вскоре мама встала.

А к лету она уже совсем оправилась. Как и прежде, в нашем доме пахло пирожками с медовой начинкой, тихонько жужжала прялка, погромыхивали медные кастрюли, а отцы вновь шутливо соревновались за право поставить свои башмаки у порога ее спальни.

Осенью настала пора помолвок и свадеб. Я до сих пор не знал, что значит иметь невесту. В один из праздничных дней мама достала из сундука новые рубашки для отцов и для нас.

Она причесала мои вечно лохматые волосы и натянула на голову легкую шапку, украшенную бусами:

— Сегодня пойдем заключать помолвку, сынок. Присматривай за братьями, чтобы не озорничали, — попросила она.

Я немного растерялся, но был доволен и появлением новой рубашки, и ярким бусинам, и корзинке сладостей, приготовленных в дар.

Мы долго шли по широкой тропе к большому дому, стоящему почти в центре селения.

Когда подошли ближе, Гампил запрокинул голову, с восторгом разглядывая резьбу на карнизах.

Дэлэг висел у меня на шее, серьезно посапывая в ухо, и разглядывал дом, засунув в рот палец. Наверно, ему большой яркий дом напомнил праздничный пряник, а может быть, его привлекли бубенцы, украшающие сбрую привязанных у поильни пары лохматых лошадок.

У ворот нас по обычаю встречали родственники невесты. Мне показалось странным, что все смотрели настороженно, но меня больше заботили братья, и я не разглядывал тех, кто ожидал нас под навесом.