Отбор пяти колец

Первые пару месяцев все было тихо. Кир присутствовал на совещаниях, подносил генералу и его офицерам питье в глиняных чашах и следил за тем, как они переставляют фигурки на огромной карте, разложенной на столе.

Затем мятежные войска, под командованием генерала Хайро, внезапно обошли их с флангов и ударили в тыл. Произошла короткая и кровопролитная битва, почти в два раза уменьшившая войско генерала Эрато.

Тогда Кир впервые оказался в гуще сражения, и впервые окропил свое оружие кровью. Ничего доблестного в этом событии не было.

Будучи железным колдуном, ему всегда особенно хорошо удавалось управление мелкими предметами. Наставник в Академии любил шутить, что Кира надо отдать в швеи, потому как с иглами он справлялся куда лучше, чем с мечом. Другие ученики тогда смеялись, а после уроков Кир разбивал им носы.

Хорошее владение иглами и спасло Кира в тот день. Солдат, который на две головы выше его, выбил у него из рук меч, и наступил на него, чтобы Кир не смог призвать его силой колдовства. Он замахнулся секирой, собираясь одним махом срубить голову с плеч, но ему помешала вонзившаяся в его ухо игла.

Когда мужчина упал на землю, глядя остекленевшими глазами в небо, Кира обильно вырвало.

Спустя пару дней, отойдя от разгромного поражения, и отступив к Зубу мертвеца, генерал Эрато собрал в своем шатре совет, призвав на него всех офицеров. Он получил с фератом сообщение о том, что их войско должно сделать быстрый переход, чтобы в течение двух дней соединиться с войском генерала Аркатау.

Собрание длилось до позднего вечера. Алые всполохи заката пробирались сквозь прорехи в ткани шатра, окрашивая все кровавым светом.

Офицеры все больше пили, и Кир сбился с ног, поднося им все новые и новые чаши. Генерал Эрато, очевидно желая повысить боевой дух, встал одной ногой на скамью, а вторую поставил прямиком на расстеленную на столе карту, повалив фигурки.

– Мы проиграли битву, но не войну! – вещал он, высоко поднимая чашу. – Этот ферналий хвост – Хайро еще у нас попляшет! Скоро мы объединимся с войском генерала Аркатау и разгоним этих мятежников.

Когда все будет кончено, его и его сыновей похоронят заживо в Алхаваре, а его жену я сделаю своей наложницей!

Офицеры поддержали его криками и подняли чаши, расплескав половину содержимого.

Внезапно над их головами раздался бесстрастный голос:

– Для начала вам придется ее откопать. Увы, моя возлюбленная Амри не пережила свои последние роды двенадцать лет тому назад.

В шатре повисла тишина.