Отбор пяти колец

В такие мгновения, Агата всегда представляла себя на ее месте и горько жалела о том, что в младенчестве родители не отдали ее на служение культу дракона-императора. Там ей было бы куда лучше, чем дома со сварливой мачехой.

Пару раз в неделю в Святилище проходили особые мероприятия, участие в которых в отличии от служб не было бесплатным. На них служительница доставала один из вещательных кристаллов и в воздухе над алтарем появлялось изображение дракона-императора. Оживая он ходил по дворцовому саду, трапезничал, собирал головоломки или же спал.

Агата обожала такие показы и не пропускала ни одного с тех пор, как ей минул четырнадцатый год. Мачеха этого всего не одобряла, но поделать ничего не могла. Преклонение перед драконом-императором было тем немногим, что она не могла отобрать у нее.

– Сегодня особенный день, дорогие мои, возлюбленные подданные дракона-императора, – провозгласила служительница воздев руки. – Наше солнце, наш защитник и повелитель, величайший их всех живых и ныне мертвых, огонь, пепел и ветер – дракон-император Андроник Великий доносит до всех своих слуг радостную весть.

По залу прокатились шепотки. Собравшиеся вертели головами, переговариваясь друг с другом. Всех волновало одно: значило ли то о чем говорила служительница, что после сорока лет проведенных за стенами Ониксового дворца дракон-император готов вновь выйти наружу и явить подданным свой прекрасный лик? Приедет ли он тогда в Арлею? Смогут ли они своими глазами его увидеть? Выказать ему свою любовь и почтение?

Агата сжала кулаки, с нетерпением дожидаясь пока служительница продолжит.

Шепот в зале усилился. Никогда еще у них не было бесплатных показов прямо во время службы.

Когда с громким щелчком кристалл заработал все стихло. Только одна девушка, сидевшая спереди, тонко вскрикнула, едва перед ней появилось изображение дракона-императора и тут же упала в обморок, со стуком ударившись об пол, но никто не обратил на это никакого внимания.

Всех интересовал лишь явившийся им лик дракона-императора.

Андроник Великий восседал на высоком ониксовом троне. Его одежды из нежно сиреневого шелка, и расшитой золочеными нитками и самоцветами парчи, ниспадали с плеч, закрывая все его тело и оставляя взору лишь лицо и кисти рук. Волосы были заплетены на висках в косы, а на голове сияла корона.