Кукла Советника

– Жду тебя не позже ужина, потом разъезды вышлю, – предупредил граф, спуская меня на землю.

– Куда я денусь, – буркнула я. – Вы же всегда будете знать, где я.

– Именно, – кивнул Йарра. – Лошадь тебе оставить?

– Не нужно, – покачала я головой. – Жеребец все равно Уголька боится.

Граф пришпорил коня и умчался, а я присела на корточки, разведя руки в стороны.

– Иди ко мне, кошка усатая!

Ощутимо потолстевшая пантера едва не опрокинула меня в грязь – я измазала колени, пытаясь удержать равновесие.

– Кошка глупая, грязнуля ушастая… И давно ты так бегаешь, а? Охотница великая, – сняла я перо куропатки с ее загривка.

Пантера урчала, вылизывая мне щеки шершавым языком. Задела подсохшую корочку на губе, и я зашипела, отмахнувшись от влюбленной морды.

– Больно же!

Встала и хлопнула себя по бедру.

– Идем до… – «домой», хотела сказать я, и осеклась.

Домой? У меня нет дома. Есть замок его сиятельства, где меня пригрели. Где выращивали, как корову на убой.

– Что же мне делать, Уголек?.

.

Я свернула с дороги и пошла полями, собирая на сапоги стоуны грязи. Обошла замок по дуге, чтобы продлить минуты уединения, и направилась к роще, где давным-давно доставала мяч для Куколки. В голове было пусто, как в брошенном храме. Когда тебе едва-едва шестнадцать, и у тебя есть все – заботливый старший брат, приятель, с которым можно сидеть на крыше и плеваться косточками из вишневого компота, любимая зверюга, любимые занятия – как я ни ворчала, ни отлынивала, но учиться мне нравилось, нравилось видеть одобрение в глазах Тима и чувствовать результат – я могу! – и добрый дядюшка, который всегда достанет то, чего у тебя нет, но очень хочется, – жизнь кажется прекрасной.

А когда в шестнадцать узнаешь, что ты всего лишь орудие, что тебя растили, как будущую воровку, да еще с постельным уклоном, когда твой первый поцелуй сорван силой, когда твой друг в тюрьме из-за твоей глупости, а тот, кого ты считала братом, все знал и закрывал на это глаза…

А если это наказание богов? За оболганного Джайра, за изуродованную княжну? Джайру, положим, поделом, но Куколка?

Мокрые деревья с редкими сохранившимися листьями стряхивали на меня тяжелые капли, били по спине тонкими ветками, когда я продиралась сквозь заросли.

Низкое небо затянуто тучами, а замок за ручьем черной громадой нависает над долиной. Как же не хочется туда возвращаться… Счистив липкую грязь с сапог, я запрыгала по валунам через стремнину.