В поисках того самого

Он и в прошлый раз воспринял это действо спокойно, а теперь и вовсе не боялся ведьмы, прокаливавшей над ним нож.

Проклятие уходило. Хаотично и медленно, но кокон распутывался, торчащих в стороны оборванных нитей стало больше, и эта новость порадовала. Вот только изменённый прикосновением каменного дерева участок как будто стал плотнее и больше, но поручиться Нита не могла. Не исключено, что ей просто показалось на фоне бледнеющего кокона.

Нита встряхнула ладонями и отошла от стола. Сморгнула. Чёрные нити исчезли, оставив неподвижного волчонка.

На порезах набухли капельки крови.

— Я закончила. Сейчас, погоди… — Ненадолго заглянув в спальню, ведьма вернулась оттуда с заживляющей мазью.

— И как? — Ларс к её возвращению уже сидел на столе, не спеша натягивать рубашку. Красные капли кое-где сорвались и прочертили длинные дорожки, придав парню странный вид, но он не обратил внимания.

— Мы были правы, проклятие отступает после встречи с нечистью.

— Хорошо, — просто кивнул он. — Может, тебе надо помочь? Не хочу сидеть без дела, а с сараем я закончил.

А мясо пока вымачивается.

И ни слова о проклятии. Прошла минута слабости, когда он сидел на крыльце, потерянный и несчастный, а теперь он словно сделал для себя окончательные выводы и обсуждать их с кем-то посчитал излишним.

Когда Ните пришлось уйти из клана, она тоже держалась до последнего. Ни слезинки не проронила. А может, если бы призналась, как страшно и больно, ей помогли и не бросили бы?.. Но лезть парню в душу и что-то объяснять она не стала, вряд ли он подобное оценит.

Успокоился — и ладно.

Нита предпочла бы поработать в одиночестве, но странно, Ларс не мешал, не вызывал желания выгнать его куда-нибудь за печку или на чердак, чтобы не путался под ногами и не пыхтел. В прошлый раз они славно поработали сообща, так почему бы не повторить?

— Если готов ещё один вечер посидеть с травами, я найду чем тебя занять, — предложила Нита.

— Я в твоём распоряжении. — Ларс развёл руками.

— Тогда для начала почисти алтей.

— Нита высыпала на стол корешки, больше всего напоминающие сухие веточки. В низине у болота его росло предостаточно. — Вот эту часть, затвердевшую, выбрасываешь. Оставляешь только мягкие корни. С ними поосторожнее, — её пальцы ловко разделали растение, показывая, как надо.

В попытке повторить Ларс пережал корень, и вязкая слизь вымазала пальцы.

— Так и должно быть? — поморщившись, уточнил он. Пахло сладко и не особо противно, но резко и сильно.