Фортуния любит отчаянных

Я снова взяла кавалера под руку, и мы продолжили чинно идти по освещенной небольшими фонарями аллее.

Земноводные очень хорошо показали себя в борьбе с придворными, поэтому следующим номером программы была жаба. Увеличенная магией впятеро тварь скакнула на плечо Сантиона и басом сказала "ква". Сантион замер.

— Кхм. Ваше Высочество, какие занятные экземпляры водятся в королевском саду. Я надеюсь, кто-нибудь ведет подсчет пропавшей прислуги?

— Вы преувеличиваете, милорд. В ее милый ротик не поместится ничего, кроме одного, от силы двух пальцев.

— Я бы поставил на половину руки, — с преувеличенно серьезным видом оценил Сантион, снял чудовище с плеча и принялся его осматривать.

Жаб с тем же выражением на морде осматривал Сантиона, и, видимо, удовлетворившись увиденным, квакнул еще раз, выстрелил длинным языком и снял со лба лорда что-то летающее и питательное.

Сантион посадил жабу к себе на руки, и почесывая ее, как кошку, пошел дальше по дорожке, рассказывая, с каким интересным видом амбисфены ему однажды довелось повстречаться.

Волей мага-экспериментатора вместо второй змеиной головы у нее отросла жабья. Результат чудовищного опыта плакал от голода — стоило змеиной голове рвануться к добыче, как жабья тут же квакала от неожиданности, пугая намеченную цель. Комаров и мошек, которые могла добыть жабья часть, прожорливому монстру недоставало.

— И что же вы сделали с бедняжкой?

— Купил кусок мяса, накормил амбисфену и отдал в зверинец одному эксцентричному богачу.

Ваше Высочество, — он остановился и показал на свою ношу, — этой красавице будет тяжело набивать такое объемное брюшко комарами и мошками. Неровен час, и правда изменит меню. Может быть, вернете ей натуральный вид?

Рассмеявшись, я взяла монстра из его рук, сняла заклятие и выпустила мелкую жабку в траву. Чтоб увеличить ее, нам с Катрионой пришлось объединить силы, но на обратный путь хватило и моей магии.

— Могу я поинтересоваться, какие еще испытания ждут нас этой ночью?

— Замерзшая дорожка, где вы должны некрасиво упасть, возможно, утянув меня с собой, и сплетни, которые мы подслушаем из-за кустов.

— Готов упасть к вашим ногам безо всякого льда.

Колени Сантиона подогнулись, и завалившись на бок, он с изящным перекатом растянулся на брусчатке. Я позавидовала: сколько сержант меня ни тренировал, падала я, по его выражению, как мешок с картошкой. А сержант ворчал, что откуда бы к нему ни присылали солдат, правильно падать не умеет никто.