Амос: Тайна Видящих

— Когда собирался рассказать мне о своей блондинке? Или у нас свободные отношения и ты забыл меня об этом предупредить?

— Что ты... – начал было он, потом замолчал. — Где твоё кольцо? – спросил Павел, не увидев его на моей руке.

— Там же, где ты вчера целовал свою блондинку.

Павел примиряюще поднял руки, спокойно проговорив:

— Алиса, ты всё не так...

Я швырнула коробку ему в лицо, со злорадством наблюдая, как парень от неожиданности покачнулся и упал на пол. Содержимое коробки вывалилось наружу. Выглядел он в этот момент комично и нелепо.

На щеке остался красный след от удара. Если он думал, что я буду истерить и ругаться, то зря, я не хочу тратить на него свои нервы.

— Уходи, – сказала ему. — И чтобы больше я тебя здесь не видела. В своей жизни тоже.

Павель вскочил, в попытке объясниться:

— Алиса! Я...

Я хлопнула дверью перед его носом, глубоко вздохнув. Прошлые отношения пусть остаются в прошлом и за дверью, а новые меня ещё только ждут. Да я найду себе парня намного лучше него! Если Павел думает, что я забитая серая мышь, то он сильно ошибается.

Где там моё мороженое?! Мне нужно заесть сладким! В дверь снова позвонили.

— Открой! – донеслось с той стороны. — Я всё объясню!

Ага, как же.

— Наверное, та блондинка это твоя сестра или другая дальняя родственница, с который ты не чураешься целоваться при встрече! – крикнула ему в ответ.

— Ну, прости меня! Прости! Она же так, просто мимолетное увлечение, а тебя я люблю!

— Хотя бы признался! В аду даже жалостно вздохнули.

Тебя там ох как ждут!

С удовольствием представила сию картину: страшненькие демонята жарят Павла на вертеле над огнём, а тот визжит как девчонка.

— Какой ад? Почему ждут? Ты что, пьяная?!

Ну, пила и что? Мне даже горе запить нельзя?!

— Не отрицаю! Но я сейчас трезвее, чем огурчик!

— Открой, Алиса! Пожалуйста! – взмолился он. — Дай мне последний шанс!

Обычно, я действительно даю людям второй шанс, когда они этого недостойны, но в данный момент я не собираюсь быть доброй дурой и дальше.

Дверь я открыла, но не для того, чтобы слушать его извиняющиеся трели. Его лицо просветлело от радости.

— Алиса, я...

Но вдруг запнулся, с искренним шоком уставившись на меня.

— Что, в гневе я страшна как Артемида? – усмехнулась криво.

— Твои... твои глаза, – пробормотал он, нахмурившись.

— Красивые, да? – хихикнула я.

Павел медленно мотнул головой.

— Они светятся! Как ты это делаешь?!

— От счастья светятся.