Гувернантка

Гувернантка

Герта Крис

Пролог

Его ладони словно прилипли к тиснёному шёлку. И он знал, что никакое напряжение мышц, никакое сопротивление сейчас не помогут убрать их. Такая уж она, эта магия…

Зато и шёлк, и плотный корсаж, прошитый золотыми нитями, перестали быть препятствием для пальцев. И они, едва касаясь, путешествовали по её нежной коже. Хотелось верить, что этой женщине дано ощутить хотя бы половину от того наслаждения, что сейчас поглощает его! Вот только понять, так ли это, — невозможно… Полуприкрытые глаза, трепещущие стрекозиными крыльями веки… Но её неподвижность — всего лишь следствие заклинания.

А как она сильна! Это надо же — успела выхватить кинжал! Хищный кончик лезвия сейчас почти упирался в его живот и при других обстоятельствах превратился бы в мгновенный, неминуемый приговор… Конечно, для обычного человека.

И ведь она совершенно точно хотела его любви. Хотела и отталкивала! Странно...

Откуда ему было знать, что женщина, прижатая заклинанием к стене, испытывает почти то же самое, что и он?

Где-то глубоко в её животе сладко, почти до боли что-то сжималось, разгоняло по телу тёплые волны… И ноги мелко дрожали, разум застилал туман, а сердце готово было проломить рёбра и отбросить чужие пальцы! Наглые, беспардонные, но очень осторожные и нежные, скользящие по её груди…

А в голове требовательно шипел хриплый голос: «Убей! Он предатель! Враг императора! Убей!.

И вдруг действие заклинания закончилось. Он шагнул назад и спросил:

— В чём дело? Твое тело хочет меня. А ты... Почему?

— Потому что ненавижу принуждение! — отрезала она.

Привычная надменность на его лице сменилась откровенным удивлением, даже растерянностью. Он оторвал руки от шёлка платья, шагнул назад и процедил сквозь зубы:

— Посмотрим.

Резко повернулся и зашагал прочь по коридору.

— И не лезь ко мне со своей магией! — со злостью выкрикнула она вслед.

Кинжал выскользнул из ладони и зазвенел на каменных плитах пола.

Он остановился, медленно повернулся и, глядя на блестящую сталь, кивнул:

— Не буду…

Она попыталась вложить в свой голос предельную порцию сарказма, когда спросила:

— Это хотя бы стоило твоих усилий?

Он на мгновение прикрыл глаза, шевельнул пальцами и улыбнулся, будто вспомнил что-то неимоверно прекрасное.