Завидные невесты

Стол накрыт скатертью, выстиранной и выглаженной до идеального белоснежного состояния.

Милч безмерно любил порядок, как и свою работу, вот только сейчас в голове у него творился самый настоящий бардак. Он лежал на заправленной кровати и стенал из‑за упущенного шанса услужить.

Мередит, помощница старшей служанки, выжимала тряпку для компресса в большой металлической чашке, ухаживая за бедным старичком. Доктор озвучил диагноз – нервное расстройство вследствие гематомы на затылке. О чем поспешил тотчас доложить вошедшему владельцу Огуречного края.

– Что ж, прискорбно. – Пеппер поджал губы и кивнул врачу. – Предоставьте это мне.

Окинув комнату придирчивым взглядом, богатый вельможа, а если точнее, барон Гридж‑Стоун, купивший титул не так давно, серьёзно приказал:

– Выйдите, Мередит, доктор.

Стальной тон его голоса не предполагал возражений. Исполнительные работники поместья молча удалились, оставив старшего лакея и его нанимателя одних в комнате.

– Господин, – прошептал страдающий Милч.

Он предпринял попытку встать, но Пеппер его остановил.

– Лежите, Милч. Лежите. Мне всё известно. Мои сорванцы вечно что‑то затевают, и я бы удивился, если бы было иначе. Ведь мы с Клеппи были теми ещё затейниками… Светлая ей память.

– Светлая память госпоже Клеппер, – послушно повторил мажордом.

– Вам нужен отдых, мой дорогой работник.

Пеппер не изменял себе и разговаривал в приказном тоне.

– Тут поблизости есть прекрасное место, грязевые источники… – начал было он.

– Но, сэр! – Милч изумлённо выпучил глаза. – Поблизости? За девять вёрст? А как же…

– Не перебивайте меня, – строго оборвало его начальство. – Так вот, грязевые источники. Я распоряжусь, чтобы Билингстрот вас отвёз туда на пару недель отдохнуть.

Быстро поняв, какую оплошность совершил, Пеппер поспешил исправиться:

– Точнее, на работу. У меня будет к вам одна просьба.

– Что угодно, сэр! – с придыханием молвил Милч. В одночасье, едва сказанное дошло до его ума, он преисполнился величайшим благоговением к своему щедрому господину. – Я готов и в огонь, и в воду…

– Дорогой мой работник, – сухо произнёс Гридж‑Стоун. – Мне кажется, я уже говорил, что перебивать меня – дурной тон, но спишем на ваше нервное расстройство, – сделав глубокий вдох, он продолжил: – Так вот.