Дюймовка, попаданка-вредина

Дюймовка, попаданка-вредина

Татьяна Охитина

Глава 1. Плата за добро

Этим вечером Вика поняла, что добро наказуемо. В подворотне было безлюдно, лишь темный сгорбленный силуэт выделялся на фоне золотистого квадрата выхода.

— Бабушка, вы чего? — Вика решила обойти старушку по стеночке, однако та маневр пресекла и, взяв клюку наперевес, ринулась в атаку.

А начиналось все так чудесно. Помочь пожилой женщине донести сумку — этот благородный поступок поднял Вику в собственных глазах на небывалую высоту.

День был свободный, выйдя из дома, она никуда не торопилась, хотела прогуляться до кондитерской, пирожных купить с фисташковым кремом, в честь выходных.

А тут бабуля по дороге попалась, сумку попросила донести. Такая милая, такая беззащитная, что и в голову не пришло отказать. Шли себе, разговаривали, дышали свежим весенним воздухом…

И пришли. В подворотню, где старушенцию как будто подменили. Словно бес в нее вселился: сумка полетела на землю, трость превратилась в боевую палку.

«Мама дорогая! — перепугалась Вика.

— Она что, убить меня хочет?»

Сознание отказывалось принимать такой поворот событий. Старушки-жертвы маньяков в него укладывались, а вот старушки-маньяки не хотели никак. При этом как раз один такой экземпляр, вполне зримый и осязаемый, надвигался сейчас на Вику с самыми зловещими намерениями.

«Бежать!» — пронеслась мысль, и Вика развернулась, чтобы воплотить ее в действие, но тут на голову обрушился удар.

Вика пришла в себя в незнакомой комнате. На окнах тяжелые бордовые портьеры, у стены шкаф с пыльными флаконами, полка с книгами ломится от толстых томов.

Диван, на котором Вика себя обнаружила, оказался ужасно неудобным, а покрывало колючим. Пахло в комнате как в сундуке, в который давно никто не заглядывал.

— Очнулась, — послышался знакомый голос. Вика повернула голову и уперлась взглядом в старушку-маньячку, стоящую у двери. Благообразность из облика бабули исчезла напрочь, сейчас на Вику смотрела настоящая суровая ведьма, которая уже успела сменить страшненький городской наряд на лиловую хламиду с вышивкой, а панамку «здравствуй, дача» — на платок с бахромой, завязанный на пиратский манер.

Трости не было и в помине — прямой спине могла бы позавидовать даже балерина. И только голос остался прежним, если не считать легкой стальной ноты, от которой Вика сразу же напряглась.

— Вы куда меня притащили? — возмутилась она.

— Куда надо, — ответила старушенция, а затем развернулась и ушла.