Сердце Адепта

Его отмечают в лесу за городом с соблюдением всех традиций и обрядов. И туда пускают только совершеннолетних, разумеется.

— Это приглашение? — принц многозначительно подмигнул.

И Мор снова тихо засмеялась.

— Нет, ты только скажи, — настаивал Киран. — Я всегда буду рад проводить тебя куда бы то ни было. Для твоей безопасности, разумеется.

— Исключительно ради неё, — Мор понизила голос. — Но сегодня тебя провожаю я. Чтобы прекрасного принца из далёкого Нордвуда не украли пьяные адептки.

Настал черёд Кирана смеяться.

Всю дальнейшую дорогу до апельсинового сада они шутили и обсуждали всевозможную ерунду. Моргевейн была признательна Кирану за это. Он не выводил на важные разговоры. Не расспрашивал ни о чём. Просто старался отвлечь её и развеселить. И, вероятно, давно понял, что легче ей стало, лишь когда они уехали.

Киран помог Мор расседлать лошадь и устроить её в конюшне, а после пожелал доброй ночи и поехал в дом ВарДейков, где по-прежнему проживал. На прощание он получил от своей подруги короткий поцелуй в щёку, но большего требовать не стал, к счастью.

Моргевейн переступила порог отчего дома с мыслями о том, чтобы поскорее лечь спать. Но уже в холле до неё донёсся голос матушки. Похоже, в кухне леди Гвинейн раздавала указания дежурившим у них клевретам. Указания оказались весьма бытовыми, как успела понять Мор.

— … окорок в подсобке. Печенье к чаю тоже берите сколько хотите. С джемом самое вкусное, рекомендую. Только посудой сильно не гремите. Все уже спят. Доброй ночи, господа.

— Доброй ночи, леди Хагмор.

Матушка выплыла в коридор и тотчас раскрыла объятия навстречу дочери.

— Птенчик мой, ты решила ночевать дома? — Гвин крепко обняла своё старшее дитя, с которой они уже давно были одного роста.

— Да, мам. Там шумно ужасно, и я устала, — Мор принялась расстёгивать на ходу свою кожаную курточку, пока они шли к лестнице на второй этаж. — Старею, что ли?

Моргевейн усмехнулась.

— Скажешь тоже, — проворчала мать.

— Ты только от тёти Деваны вернулась? — Моргевейн окинула беглым взглядом её шерстяное платье сливового цвета.

— Неплохо, — Гвинейн взялась одной рукой за перила, другой придержала юбку, чтобы та не мешала подниматься. — Лучше, чем утром. Вен остался с ней. Эллана тоже. Не пошла на праздник. Спит сейчас возле матери, свернувшись калачиком, — Гвин усмехнулась. — Чистый ангелочек. Никогда не скажешь, что в шесть лет она пыталась постричь тигру когти кухонным ножом, — матушка нахмурилась.