Долгождана и князь-отступник

А сыты-то, медового отвара, наверное, и вообще в напиток не добавили. Хозяйка пригубила кисель: и вправду, кисло! Но сказала важно и властно, обведя взглядом девичьи лица:

– Сласть невиданная!

Гостьи отхлебнули из кружек и не посмели ни скривиться, ни бросить косого взгляда на Голубу. А хозяйка стала пробовать все угощения, приговаривая лаковые слова и похвалы дарительницам. Они запоминали, ведь это пожелания самого Сварога! И расцветали их лица улыбками: бог любит их, желает им добра.

А потом пошёл пир горой! Жданка подошла к бывшей подруге и шепнула на ухо:

– Кто?

– Военег… – счастливо выдохнула Голуба.

Жданка отшатнулась. Не от ревности или прошлой обиды, просто удивительно было узнать, что заносчивый дружинник будет свататься к Голубе. Как же стерпит это его родня?

– Пойдём, поможешь мне нитки и верёвки принести, – сказала она Голубе.

Девка шустро выскользнула из-за стола.

Жданка понимала, что сейчас настал тот час, когда она сможет отплатить Голубе добром за детскую дружбу, оказать ей помощь.

– И когда же успели-то? – спросила она.

Голуба опустила голову, а потом прямо глянула в глаза Жданке без прежнего счастья во взгляде:

– До того, как присоветовала тебе идти к Потычихе.

Жданкины руки застыли в мешке, из которого она хотела достать нитки, пряжу, верёвки, тряпичные мячики, дощечки для девичьих игр, которыми все будут заниматься до той поры, пока придёт черёд рассказывать байки и сказки.

Значит, подружка всё же захомутала Военего, пусть и на короткое время запретного соития.

Тогда зачем же она настояла, чтобы Жданка обратилась к Потычихе? А вдруг бы приворот сработал? Осталась бы тогда без любимого…

Голуба сама ответила на невысказанные вопросы:

– Знала ведь, кто я такая, и кто такой Военег. Волей Рода я обречена на судьбу сорной травы в огороде – сорвали, смяли и выбросили… А тебя счастья лишать не захотела. Вот и решила хотя бы им утешиться.

– И что же Военег? – спросила, прищурившись, Жданка.

– Сама знаешь… – выдохнула с прежней полуулыбкой Голуба.

– Я бы давно головой вниз в пруд бросилась. А сейчас не могу… И на мою долю Род радости выделил. Вот, подумала, зайду к тебе на праздник, в последний раз погляжу на наимилейшую подругу, а потом побреду со странницами или каликами перехожими по свету.

И Голуба прижала руку к ещё плоскому животу.

Кровь бросилась Жданке в голову. Ну видывал ли свет, по которому собралась идти Голуба, такую глупость?! Хотя её правда – в селе ей спокойно не доносить ребёнка.