Истинная ученица дракона

Максимус покачал головой, отведя взгляд, чтобы скрыть боль и сомнения, которые были в нём. Он развернул свиток и оперся ладонями на стол, начиная читать. Неужели он откажется от меня? Вот так просто разорвет связь, которой, как он сам говорил, дорожит.

Я потянулась рукой к цветку, чтобы рассмотреть его получше, но Максимус резким движением отодвинул цветок от меня и совсем по-драконьи посмотрел мне в глаза. Дракон рвался наружу. Он был зол и считал меня предательницей. Только человеческая ипостась Максимуса продолжала верить, что я не могла желать отвязки, что я по-прежнему люблю его.

Максимус свернул свиток и отложил его. Уверенной рукой он сорвал цветок Угвены, отчего тот ярче засветился и тихо зазвенел. Я зачарованно смотрела на него, боясь, что если я оторву взгляд, то он завянет.

— Мне нужна твоя рука, — прорычал Максимус.

Черты его лица заострились, на шее и скулах появилась чешуя, а голос приобрел глухость и раскатистость драконьего рыка. Я, мое сознание, моя душа его не боялись.

— Хочешь ритуал? ДАЙ. РУКУ! — это уже были явно слова дракона, а не Максимуса. Дракона, который считал, что я его предала. Но теперь моё тело не позволило себе ослушаться.

Я вытянула вперед дрожащую руку ладонью вверх. Неожиданно он полоснул по ней отросшим драконьим когтем. Я вздрогнула. Из разреза, пересекающего всю ладонь, заструилась кровь. Голова закружилась, но тело не позволило мне упасть.

— А теперь повторяй за мной, — приказал дракон.

Я кивнула не имея представления, на что я согласилась.

— Светом к свету, огнём к огню, ветром к ветру, в тебе живу, — я, как зачарованная, повторяла за ним каждое слово. Моё тело делало это за меня. А сердце замерло в страхе, что же будет. — Переплетаются судьбы и силы, отныне навек мы будем едины.

На последнем слове Максимус вложил в мою окровавленную руку цветок Угвены, крепко прижав его своей ладонью. Боль ослепила меня. Мир вокруг резко вспыхнул, а потом обрушилась темнота.

Глава 46

Темнота была осязаемой, густой, плотной. Она коконом окутывала меня, не давая двигаться, говорить, дышать. А потом в этой темноте появился ослепительный свет. Я снова была у огненной стены.

Не было прекрасной мелодии, зова. Было шипение огня, жар и ощущение опасности. Теперь я знала, что это. Источник, который может дать силу, а может уничтожить.

Под ногами появилась твердая опора, тьма отступила, я почувствовала свое тело.