Алая печать. Академия Сиятельных

Я и не заметила, как очутилась на лестнице, а потом и в покоях, отведенных мне четой Говер.

Там нас уже ждали две служанки.

- Икара, Ариса, - обратилась к ним леди Хелена, - с этого дня вы будете прислуживать леди Хейли.

- Да, ваша милость, - в унисон ответили девушки и опустились в книксене.

- Милая, тебе уже набрали ванну, я зайду позже, - нежно улыбнулась леди Хелена и оставила меня со служанками.

- Ваша светлость, - вновь присели в книксене служанки, - позвольте вам помочь.

- Конечно, - все еще глядя на закрывшуюся за леди Хеленой дверь, ответила я.

Служанки провели меня в ванную и сняли с меня одежду. Мне было нелегко поверить в происходящее. Дома я довольствовалась деревянной лоханью, а здесь, в огромной комнате для омовений, как и во дворце, был небольшой бассейн.

Служанки ловко мылили мое тело, смывали дорожную пыль и втирали в голову вкусно пахнущую мазь.

- Леди так устала, - прошептала одна из девушек, - а ей еще столько предстоит.

- Тише, Ариса, - шикнула на нее вторая девушка. - Если леди Фисента узнает, что тебе понравилась… Ах, печать!

- Не стоит пугаться. – Мой сон как рукой сняло. - Смывайте пену.

Мое настроение резко упало. Действия служанок стали быстрее и грубее. Они будто побаивались меня. И это начинало нервировать.

- Уходите, - велела я им, - ваша помощь больше не требуется.

Они не посмели возразить и, виновато опустив головы, покинули ванную.

Когда я вышла, девушки разбирали мой скромный гардероб.

- Сиреневое платье оставьте, - попросила я, а сама прошла к нижнему белью и, удивив кинувшихся было помогать служанок, собственноручно зашнуровала бюстье.

Не успели мы закончить с нарядом и прической, как в дверь требовательно постучали. И дождавшись моего «войдите», в комнату прошествовала леди Фисента.

Служанки по моему кивку оставили нас наедине.

Без лишних церемоний я окатила ее точно таким же взглядом, приправленным долей презрения. Девушка поперхнулась, и маска величия слетела с ее лица.

- Да как ты смеешь… запечатанная, - прошипела она, а мои брови взлетели вверх.

Вот ведь малолетняя нахалка.

- Юная леди, - сладко протянула я, глядя в ее глаза, сузившиеся от гнева.