Забытая эльфийка

А я, значит, лицом не вышла! Ах, он маленький, пушистый… Дух! – зло прошипела я.

Больше ждать помощи было неоткуда. А это значило, что в ближайшее время мне представится возможность испытать на себе искусство эльфийских дознавателей.

Ужасные мысли сменяли одна другую, и отвлечься от них не было никакой возможности. А еще камере было ужасно скучно. Думать о смерти и о том, чего так и не успела сделать, конечно, весело, но не сутки же напролет.

Чем там занимался Монте-Кристо? Уж он точно был специалистом по коротанию времени в темнице.

Так, помышлял о самоубийстве – это не подходит, морил себя голодом – тоже не хочется. Вел бесконечные интеллектуальные беседы с Аббатом Фариа. Тот вроде даже учил его языкам. А что неплохая идейка. Нужно познакомиться с местными. Вдруг авторитетом стану, выучу гномчачий язык, для повышения собственной образованности. Или не успею?

Я подошла к решетке. Темновато. Факел на стене всего один и то больше коптил, чем светил. В соседних камерах если кто и был, то признаков своего существования не подавал.

Тогда я, схватившись за прутья для уверенности, что есть мочи заорала: «Э-э-э-й, лю-у-уди!»

Эхо умножило мой крик на три, потом разделило на части и со временем смолкло.

Одновременно с этим где-то справа что-то упало. Громко так, я вам скажу, упало. Загремело звонким и металлическим об пол, затем завозилось и, судя по интонации, принялось громко ругаться. Наверное, на том самом гномчачьем, потому как я не поняла ни слова.

– Ты чего орешь? – это уже ко мне.

И на понятном мне наречии.

Оказывается, в конце коридора вахту нес стражник. Задремал бедняга на посту, а тут я, налаживаю контакт с местными аборигенами. Осерчал, конечно, служивый, обиделся, что я так невежливо прервала его сон, ну и высказал мне это все. Пожалуй, эту часть его речи я передавать никому не стану.

– Извините, а на каком языке вы только что излагались? – вежливо так, чтоб не обидеть, поинтересовалась я.

Секунду он молчал, а потом все же начал объяснять, и что это за наречие было, и, некоторые правила использования слов, и методы построения предложений.

Вот только делал он это все на нем же, так что я опять ничего не поняла. В общем, первый урок я провалила с треском.

Поток словоизвержений на непонятном мне языке прервал грохот сапог по каменной лестнице. Сюда будто мчалось стадо слонов, и они явно не пытались скрыть свое приближение. Караульный замолчал, и мне почему-то представилось, как он вытянулся по струнке.