Институт благородных дэвров, или Гувернантка для варвара

Этот поклон ещё называют «кулуарным». На «раз-два» вниз и глаза в пол. Без секундной задержки в нижней позиции, в отличие от «придворного» варианта. На «три-четыре» вверх, и только тогда впервые посмотреть в глаза. Ведь если тебя пригласили на тайное свидание и это не случайная встреча, то нужно сразу продемонстрировать ясным взглядом готовность слушать. Во всех других случаях смотреть монарху в глаза дозволяется, лишь когда он сам заговорит с тобой.

– Вы очень похожи на отца, тесса Минци, – рассмеялась королева Рания тихим хрустальным смехом.

– Это лучший комплимент для меня, ваше величество, – я снова склонила голову, добавив в строго обозначенный регламентом угол наклона смелые «десять градусов признательности». – Благодарю Вас, у отца всё хорошо.

– Аурелия, верно? А Вы, ко всему, ещё и красавица, – одобрительно рассматривала она меня. – Садитесь же. Николас, поухаживайте за нами, налейте всем чаю. Попробуйте печенье, тесса, я часто заказываю его здесь втайне от королевского повара.

Фирменное печенье «Корицы» я тоже любила: воздушное, нежное, хрусткое, присыпанное жжёным сахаром. Одно удовольствие макнуть его в ароматный чай и отправить тающую выпечку в рот. Так обычно все посетители кафе и делали. Но я взяла щипцами хрупкий медальон с блюда, положила на отдельную тарелочку, разломив лёгким движением печенье на несколько кусочков. И самый крохотный уже пальцами отправила в рот, едва пригубив после фарфоровую чашку.

Глаза королевы вовсю смеялись. Проверка, как тут не понять. Целиком этот десерт в рот не положишь – кусочки больше двухвелленсовика дамам жевать неприлично, а откусить тоже нельзя – в крошках будут и губы, и платье, и скатерть. А вот я ни крупинки сахара не уронила мимо!

Николас уже занёс печенье над чаем, но со страдальческим видом отложил, наблюдая за моими действиями.

– Бросьте, Николас, – рассмеялась королева. – Я и сама так делаю, когда никто не видит. Тесса Аурелия, обычно мне хватает минуты, чтобы понять, кто передо мной.

– Эта новость во всех ваших подданных вселила спокойствие и подарила новые надежды, ваше величество, – деликатно ответила я, стараясь не думать о том, что лично меня она лишила стабильной и доходной работы у лорда Ригель-Войц.