Его Величество Змееныш

— Отец пригрозил мне счета заблокировать. Думаю, уже выполнил свою угрозу. Уж больно он разозлился.

Сказал и с видом отчаявшегося героя с громким хрустом откусил круассан.

— Так! — обескураженная этим признанием Ева выхлебала всю чашку и замерла, глядя на испуганно сжавшийся пакетик на тёмном дне. — Я об этом подумаю утром. Пока есть желание убивать, трезво мыслить не выйдет. Правда, Серёжа?

Серёжа медленно шевелил гибким хвостом и смотрел на несчастного гостя с понятной иронией.

— В гостиной диван, он давно не раскладывается, жёсткий и жутко скрипучий.

— Что ты делаешь завтра?

Ева бровь изогнула, намекая ему на неделикатность вопроса.

— Мне нужен ключ, чтобы тебя лишний раз не тревожить.

— Ты чем сейчас вообще занимаешься, рыцарь несчастного ордена? — склонив голову набок, ехидно спросила хозяйка квартиры.

— Учусь в финэке, пишу даже диплом, — уж больно поспешно ответил ей этот студент.

— Вопрос был риторическим. И относился к ключам. Ты уже меня потревожил, Змеёныш. Всё, отбой, иди разбирайся с постелью, чашки я сама сполосну, и это совсем не забота.

— Я понял…— догрызя круассан, Змеёныш поднялся, опасливо придержав табуретку, как будто она ему угрожала, и бесшумно выскользнул за двери кухни.

Проводив его взглядом, Ева крепко задумалась.

— А говорят, будто сами заводятся только блохи и тараканы… — тихо пожаловалась Серёже. — Видишь, как мне везёт? Второй раз прыгнула на те же грабли. Сначала суженного себе завела, а теперь ещё и слугу. Везёт мне, как… убогой русалке.

Рыбка печально кивнула внушительным рылом, усами пошевелила и медленно удалилась в отверстие чёрной коряги. Ева тяжко вздохнула. Хоть кто-то её понимал, просто молча сочувствуя.

7. Подружба

«Не приестся хороший кусок, не прискучит хороший дружок.»

Русская народная пословица.

Утро снова не задалось. Это просто проклятье какое-то. Уже в шесть часов пополуночи Евин старенький телефон зазвонил так отчаянно, как будто бы от грохочущего звонка зависело всё будущее человечества.

— А? — она хрипло спросила, поймав судорожно бившийся в приступах адской вибрации телефон и нажав чёрную клавишу.

— С праздником, дура убогая! — жизнерадостно ей проорали в динамик. — Ты ещё там не сдохла от скуки в своей холодрыге?

Светка.