Цветы и тени

И не надо так морщиться, леди Ровена, рано или поздно вы приедете в столицу, хотя бы на пару дней. Нельзя прятаться так долго!

– Я не прячусь! – возмутилась я.

– Конечно, прячетесь, – сказал генерал Зольдич. – Пока это выгодно всем – вам, мне, Моровии, принцу Лусиану, семье Ванеску... Но все меняется. Вы привыкнете жить с тенью, пользоваться ей, когда нужно, и не уходить в нее без надобности. И, кстати, последнее, что я должен сказать. Если однажды вы почувствуете, что не можете сдержать тень, – суньте руку в огонь.

Он подернул рукав и показал мне странный звездчатый шрам выше запястья.

– Однажды со мной такое случилось. Потом мне хватало воспоминаний о боли. Я думаю, в жизни любого человека, – сказал генерал Зольдич, – бывают моменты, когда хочется сбежать из своей жизни. Но у некоторых действительно есть возможность сбежать. И мой совет – не надо пользоваться этой возможностью.

Я рассмеялась.

– Знаете, Старейшина, у меня уже был такой момент.

– И?

– Я оказалась здесь. В ссылке. Как, вы думаете, принц Лусиан узнал о заговоре?

Генерал смотрел на меня с удивлением.

С настоящим удивлением, а не деланным подниманием бровей и всем таким.

– Всегда есть возможность сделать человеческий выбор, – сказала я. – Я не знаю, был ли мой выбор правильным, но зато все остались живы.

Глава 36. Лусиан: Дела государственной важности

Мы въезжали в Эстерельм вечером. После снегов и темного неба севера наша поздняя осень казалась мне едва ли не летом. Дубы еще не сбросили листья. Перед домами еще цвели оранжевые и багровые хризантемы, похожие на костры, чирикали птицы, и воздух не обжигал щеки.

Пришлось убрать теплые плащи и толстые шерстяные брюки, да и лошади бежали резвее, почуяв конец пути.

Я улыбался, радуясь тому, что скоро окажусь дома, смогу принять ванну, и наконец, уснуть в своей постели. Но люди, вышедшие встречать меня, думали, что я улыбаюсь им. Я махал им в ответ на приветствия, поймал даже один из брошенных мне цветков, но мои мысли были уже дома. Странно, что они так радуются моему возвращению.

Мы ведь вернулись не с войны. Мои переговоры с Ингвенией жителям столицы не принесли никаких благ, в отличие от жителей северных провинций. Может быть, им просто нужен был праздник? Повод выйти на улицы и выпить вина?

В замке тоже царило праздничное настроение. Ворота были украшены синими и серебряными лентами, на подъездной аллее зажгли все фонари, хотя сумерки еще были не настолько густыми.

Я обернулся к своему секретарю.