Горькие яблоки

Пока Радка брела по коридорам, вздохнув с облегчением лишь после пересечения незримой линии, отделяющей хозяйское крыло от прочей части дома, она пыталась решить, что ей делать с свалившейся ей в руки информацией. Так ли ужасно выйти замуж за Мейнгрима?

Конечно, она мечтала о красивом и богатом Манфреде, но уже давно поняла, как слабо сочетается владение этим магиком и покой. А в её случае еще и жизнь. Ева точно не отдаст мужа просто так, а умирать страсть как не хотелось. Что до Мейнгрима, он был небогат лишь по меркам его же сестры, а что до его гадкого характера, то у самой Радки он был не лучше.

Ну и постель опять же. Не слишком долгий, но весьма разнообразный опыт с любовником научил её, что любого мужчину можно сделать шелковым хотя бы в спальне. А это она умела.

И дракон. Дракон перевешивал все прочие минусы.

Так что, когда Мейнгрим и впрямь постучался в её дверь, Радка была готова и спокойна.

— Нам нужно поговорить, госпожа, — по лицу Мейнгрима было видно, какое отвращение он испытывает к себе самому.

Радка зареклась жалеть этого ядовитого типа, но даже её сердце дрогнуло. Может, она не дослушала что-то важное?

Так что она лишь поклонилась и села, предлагая хозяину поступить также.

— Вы должны знать, что, будучи незамужней матерью отпрыска Манфреда, представляете опасность для моей сестры, а Ева не переносит даже намеки на опасность, — издалека начал он.

— Догадываюсь, — после этикетной вежливости приветствия Радка наконец-то позволила себе свободно вздохнуть. — А того, кто проклял её бесплодием, тоже уже нашли?

Мейнгрим помрачнел.

Видимо, нет. Или же ему не понравился намек на их долг Радке, пойди разбери.

— И я замужем, мы это уже обсуждали, — догадалась добавить Радка, не желая вот так просто выдать, что подслушивала.

— Ваш сельский брак ничего не значит, — позволил себе ухмылку Мейнгрим. — Мы уже разорвали с дядей Фредека ваши брачные договоренности, и вы снова свободная женщина. Но ненадолго.

— Дядей Фредека? — повторила Радка, катая во рту ласковое имя любовника, каким никогда не осмеливалась называть его раньше.

Надо же, Хенрык родной дядя отца её ребенка! Какая забавная штука жизнь.

— Младший брат его отца, — нехотя подтвердил Мейнгрим. — Это несколько усложнило всё, но нет ничего, с чем не справилась бы моя семья.

Он скривился, словно съел кислое зеленое яблоко. Кажется, им с Евой пришлось задействовать клан, а Радка еще помнила, как он не переносил родственников. Впрочем, так ему и надо.