Моя мачеха - землянка

Иллар, – слуга Такета, – хорошо поставленным голосом объявил очередную пару, которая приближалась к нам:

– Иха Валанте и лини Кнэссэ из клана Оллэн!

Вздрогнув, я посмотрела на отца девушки, которая с самого начала невзлюбила меня и даже пыталась отравить. Честно признаться, было подозрение, что родилась ненависть Кнэссэ не только из ревности.

Внутри кланов и между ними постоянно бурлили интриги, иха и на миг не прекращали жестокую битву за рост влияния. И главы без зазрения совести использовали красивых лини, чтобы переманить иха под своё крылышко.

А если жених отказывался переходить к невесте, то продолжали использовать дочерей, как шпионов.

Мурашки по коже бежали при мысли, что Такету пришлось постигать эту науку ребёнком. Зато стало понятно, почему он женился на девушке из своего клана. До этого я переживала, что на Луниане не брезгуют кровосмешением…

Как всегда при мысли о Серрэ, маме Айканара, стало грустно. Такет мгновенно уловил перемену в моём настроении и с ободряющей улыбкой пожал мою руку.

Я ответила немного нервной ужимкой и обратилась к самой Кнэссэ:

– Рада видеть вас на нашем празднике. Слышала, вы любите танцевать…

– Вы совершенно правы, – бесцеремонно вмешался её отец и хитро прищурился. – Кнэссэ так сильно обожает балы, что была на грани нервного истощения из-за приказа Его Величества. Ни есть не могла, ни спать, бедняжка… Узнав об этом, милостивый король Сервиан отменил наказание.

Хотелось рассмеяться, но я сдержалась и опустила ресницы, чтобы не выдать себя.

Такет убедил отца сменить гнев на милость, чтобы на балу действительно присутствовали все подозреваемые иха. Валанте из гордости не прибыл бы один, без дочери.

Но как бы ни старалась спрятать свои эмоции, иха заметил. Недаром он высший дракон! Но истолковал по-своему.

– Надеюсь, вы не держите зла на мою дочь, – осторожно начал он. – Уверяю вас, Кнэссэ очень добрая девушка, и она ни за что не позволила бы себе сделать то, в чём её обвиняют завистники.

При этих словах лини томно взмахнула густыми ресницами, даже сейчас не теряя надежды заполучить Такета.

И не собираясь изображать скромную невинность, о которой разглагольствовал её отец.

– Что вы, – иронично ответила я. – Мы с лини Кнэссэ близкие подруги. Даже иногда переписываемся…

И многозначительно посмотрела на девушку. Та дёрнулась, как от пощёчины и побледнела, зато перестала бросать на Такета кокетливые взгляды. Вместо этого принялась прожигать меня ненавидящим, но беспомощным.