Ученье — свет, а богов тьма

— И крестиком вышивать умеет, — тихо замечаю я, так что слышит меня только Азамат и удивлённо поднимает брови. Я отмахиваюсь.

Хос меж тем, судя по скребущему звуку, вскарабкивается на дерево и продолжает движение с ветки на ветку, быстро уносясь вдаль.

— Да он так сбежит, — замечает ещё один местный.

— Нет, ему это низачем не нужно, — мотаю головой. — И в вашем лесу он ничего не забыл.

До нас доносится птичий щебет — это зимней-то ночью.

— Он там чего, поохотиться решил? — хмыкает Кир.

Щебет сменяется на совиное уханье.

— Я думаю, он разговаривает с птицами, — замечает Азамат.

Мы успеваем как следует промёрзнуть, притоптать снег, сплясать вприсядку и согреться к тому моменту, как Хос наконец возвращается. Он появляется почти на самой макушке высоченного дерева чуть в глубине, отталкивается и планирует по дуге, расправив кожистые складки на боках, и приземляется точнёхонько в центр вытоптанного круга. Наши спутники валятся в снег спиной вперёд и отползают на пару метров, пока Хос отряхивается и превращается обратно.

— Ну как? — интересуюсь я, поправляя на нём задравшуюся куртку.

— На этом куске что хотите можно, — отвечает Хос, немного запыхавшись. — Вообще никто не живёт. Даже птицы не залетают. Но для людей может быть опасно.

— Почему? — хмурится Азамат.

— Для всех опасно, — пожимает плечами Хос. — Птицы глупые, плохо объясняют. Я так понял, кого-то тут убили в прошлом году. В смысле, человека.

— Ого! — Азамат сдвигает брови. — Ну-ка, господа хорошие, вспоминайте, у вас тут городок маленький, обо всех смертях знаете.

Местные вылезают из сугробов и растерянно переглядываются.

— Не знаем, Ахмад-хон. У нас в прошлом году никого не убивали. У одного мужика мать умерла от болезни, так не в лесу, а дома. Её по всем правилам проводили.

— Слушай, Хос, — интересуюсь я, — а почему зверьё не живёт там, где человека убили?

— Если просто человека — это всё равно, живут. А тут такого... как это называется... Ну как девчонка та, которая молчит.

— Духовника? — удивляюсь я.

— Знающего? — переспрашивает Азамат.

— Вроде того, — кивает Хос.

— Так духовника или знающего? — с ухмылкой уточняет Кир. — Большая разница, знаешь ли.

— Поди птицам объясни эту разницу, — фыркает Хос. — Мне показали место, где она лежит. Я там порылся, но всё мёрзлое, запаха нет.

— Она? — замечает Азамат.

— Да, сказали, самка, да ещё опасная.

— Ну тогда точно не духовник, — басит самый крупный мужик.