Ученье — свет, а богов тьма

Может, просто кто-то слишком мнительный, а?

— Ты ничего не должна доказывать, — быстро отвечает Азамат, мягко обнимая меня. — Я ведь ни в чём тебя не обвиняю, я просто нервничаю. Если я хоть немножко задумываюсь, то понимаю, что причин для беспокойства нет. Но иногда я беспокоюсь и без причины и не знаю, что с этим делать. Может, стоит попробовать что-нибудь ещё из твоего арсенала постельных игр. Может, я успокоюсь...

— А с Алтонгирелом тоже играть будешь? — усмехаюсь я.

— Лиза! Как ты мо...

— Шучу! Шучу!

Азамат укоризненно на меня смотрит.

— Я подумаю, — наконец говорит он. — Я вроде бы понял, почему тебя смущает моя трактовка его поступков, но я никогда специально не задумывался, как он ко мне относится. Возможно, я и правда рассудил неверно. Ты очень любишь докапываться до самой сути чувств и называть их словами. А у нас и слов-то таких нет, и я вполне уверен, что ни одному муданжцу никогда бы в голову не пришло задуматься, из каких именно соображений мой друг последовал за мной в изгнание — потому что он мне сочувствовал или потому что моё присутствие облегчало его собственную жизнь.

— Национальность тут ни при чём, просто это женский способ мышления, — улыбаюсь я.

— Ты признаёшь, что между мужчинами и женщинами есть разница? — удивляется Азамат и, прежде чем я успеваю набрать воздуха, чтобы прочитать ему лекцию по этому поводу, быстро меняет тему. — Но я не рассказал тебе всего, что было на Совете. Алтонгирел извинился за свою бестактность, и у Ажгдийдимидина хватило трезвости ума извиниться за применение силы, так что инцидент исчерпан.

— Да уж, — киваю я. — Хотя мне всё равно странно, что Старейшина так разъярился. Алтонгирел, конечно, хамло, но Ажгдийдимидин, как мне казалось, не должен поддаваться на такие провокации...

— Так, Лиза, давай ты отложишь свой анализ души Старейшины Ажгдийдимидина, он и так в прескверном настроении! — усмехается Азамат.

— Ладно, скачи, дай только поцелую на удачу, — говорю, притягивая его пониже за косу.

По ходу поцелуя мне начинает казаться, что никуда Азамат на самом деле не торопится, уж очень он с чувством и с расстановкой подходит к вопросу. И даже когда мы разлепляемся, он продолжает меня обнимать и трётся щекой о моё ухо, забавно шурша.