Соломенное сердце

Но солнце уже вовсю светило, било в глаза, звало к приключениям.

Семейство пасечника, кажется, уже давно позавтракало, и стол накрыли исключительно для гостей, которые припозднились с пробуждением, — в тени раскидистого каштана.

Статная девушка с такими же черными глазами, как и у пацаненка, принесла кувшин молока, озорно стрельнув в Даню взглядом. Он улыбнулся ей, но не слишком усердно, о вспыльчивом нраве жителей Загорья, то есть, Верхогорья, даже песни слагали. Не хватало еще разозлить пасечника.

Даня собирался жить в мире с окружающими.

— Что это? — хлебнув молока, спросил он недоуменно. Слишком густое, плотное, с незнакомым привкусом.

Поля пнула его под столом, чтобы не задавал глупых вопросов. Очевидно, в здешних местах такое молоко считалось обычным делом.

— Яки, — прошипела она ему на ухо и кивнула в сторону холма, где бродило небольшое стадо этих массивных животных.

— Ой, — и Даня торопливо подвинул ей свою кружку.

Виктор Степанович степенно опустился на скамейку напротив них.

— И что же там интересного в Костяном ущелье? — спросил он как бы невзначай, мол не больно-то ему и знать охота, но уши ощутимо навострил.

— Свидание, — ответил Даня весело, запуская ложку в свежайший творог. Тоже слишком густой и тоже с привкусом. Ладно, доводилось пробовать и не такое.

Пасечник так оглушительно расхохотался, что с веток каштана слетело несколько пичуг нервами послабже.

— Что за девушка согласится на свидание в таком диком месте? С шайной милуешься?

— Ха-ха-ха, — меланхолично отозвался Даня, давая знать, что оценил шутку про любовь с духом смерти.

Хотя с чего бы это Чуде взбрело в голову заманивать его в это ущелье, понять было бы неплохо.

— А вам не страшно жить так далеко от людей? — быстро переменил он тему.

— Пасека не терпит суеты, — прогудел Виктор Степанович. — Да и что люди? Одно беспокойство. Слышала, Поля, что наш-то опять учудил?

— Кто не слышал, — флегматично кивнула она.

— И что ваш князь сделает? Армию к нам отправит? — усмехнулся хозяин.

Поля вздохнула.

— Рейсы опять сократит, как полтора года назад. Останетесь вообще без бензина.

— А он и так присылает такие крохи, что слезы одни. Старейшины ропщут, издевательство же сплошное, а не торговля. Я было сунулся со своим медом, да как цены увидел, так мигом назад телеги развернул. Да я лучше бесплатно раздам!

— И раздадите, — пожала плечами Поля.