Хранительница для лорда, или дар на свадьбу

У нас просто не было выбора.

— Ты не жалеешь ведь, Рейн?

— Ты шутишь, Лиз? Что за мысли, мы только что открыли души у алтаря, ты чувствовала то же, что и я. Да и кто ещё сделает мою жизнь такой… такой… невозможно интересной.

Я хмыкнула и уверенно ответила:

— Никто, Рейн.

— Вот и я так думаю, любимая. Идём уже, а то я опять вспомню про второй выход из храма и украду тебя только себе.

— Только себе?

— Да, Лиз. Тебя — только себе и на всю жизнь. Ну, с духами я делиться согласен.

— А наши будущие дети как же?

— А детей, Лиз, мы будем любить вместе.

Глава 39

Эпилог

Рейн подошёл ко мне обнимая. Я улыбнулась, почувствовав нежные объятия. Уже пару месяцев, как животик стал увеличиваться, и муж вёл себя, словно я была хрупкой статуэткой. А в нашем общении добавилась такая особая нежность, которая даже умиляла.

Сегодня Алия выпускалась, а ректор решил устроить из её выпускного проекта целое представление, судя по народу, собравшемуся в зале.

Я прислушалась к словам ректора, начавшего как раз говорить про Алию и ту самую чашу.

— С особым трепетом хочу представить вам артефакт, который будет храниться в академии, и магию которого сможет испробовать любая пара. Сейчас вы видите тот самый артефакт, созданный на основе дара одной из самых одарённых студенток за всю историю нашей академии, Алии Стретин.

Алия стояла слева от достаточно большой чаши, стоявшей на постаменте. Ректор стоял справа от чаши, а все, кто был приглашён, слушали затаив дыхание.

Я окинула взглядом мужа, думая о том, что совсем недавно сказала сама Алия, когда я поделилась с ней мыслями, какого цвета будет наша с Рейном дымка. Алия рассмеялась радостно и объяснила:

— Мне не нужна чаша, чтобы ответить тебе, я же создавала её, опираясь на свой дар. Я — самый лучший артефакт, который может сказать, насколько вы подходите друг другу, и какая энергия для вас будет лучшей в семье.

— И какого цвета наша связь, скажи, Алия? — Нетерпеливо спросила.

Любопытство или желание убедиться? Зачем, ведь никого в жизни я не любила так, как Рейна? Я любила, желала его, принимала таким, какой он был. Бесспорно, уважала и чувствовала себя полностью защищённой его заботой и любовью.