Жена Болотного царя

Но настанет конец всего, когда земля содрогнется, горы Поднебесья будут уничтожены и раненое небо падет на нас.

А пока этого не произошло, эва добывали из горных недр железо, минералы, драгоценные камни и «кое-что еще, крайне полезное в быту» — как туманно сообщил Сэнар.

Укрытые от всего мира кольцом болот, эва процветали — земли их были плодородны, территории обширны и хорошо защищены от жадных взглядов людских завоевателей.

Пока мы шли сквозь душные топи, отбиваясь от голодной мошкары, налетевшей внезапно и так же внезапно исчезнувшей, продирались сквозь спутанную злую траву, ранившую ноги (меня, как бессмысленный трофей, на своей спине тащил Сэнар, но пяткам моим все равно досталось от острых травинок), и балансировали на кочках, рискуя свалиться в трясину, хвастливым словам эва я верила мало.

Постепенно земля становилась все надежнее, воды — все меньше, а воздух делался суше… вроде даже прохладнее. Болота оставались позади, природа неуловимо менялась, и уже к обеду вместо угрожающих шорохов в кустах слышалось безобидное копошение любопытных лисиц, в листве деревьев шуршали непуганые белки и пели птицы.

Зыбь открывалась мне с другой стороны, заставляя поверить всему, что рассказал Сэнар.

Из странных и опасных мест, где, избежав встречи с нечистью, легко можно было найти свой конец в безжалостной топи, я будто попала в другой мир.

Ели неохотно уступали место менее влаголюбивым деревьям, мох сменяла сочная трава, а вместо клюквы под ногами краснели сочные ягоды земляники.

Слова Сэнара больше не казались мне пустой похвальбой, наверное потому, увидев высокие каменные стены, за которыми находились аккуратные домики, одноэтажные и двухэтажные, я не сильно удивилась.

Здесь можно было увидеть и каменные, и деревянные строения; какие-то из них, что постарше и помнили еще времена затоплений, стояли на сваях и неизменно имели два этажа.

Единственным исключением был трехэтажный дом Ксэнара — отца Агнэ и все ж таки действительно Болотного царя.

Эва, отправившиеся в топи с царем на поиски сумасбродной царевны, отваливались от нашего неказистого отряда по мере продвижения к царским хоромам.

По высокой лестнице к широкому крыльцу, с которого, должно быть, очень удобно держать речь, мы подходили уже вчетвером.