Дикое Сердце

Роузан горделиво воспарил над студентами из первого отряда, окинув презрительным взглядом. Казалось, он разочарован и ожидал явно большего.

— Студенты — бегите! — Стив махнул рукой в сторону лестницы на второй этаж, но тут же лишился конечности.

Мерзавка из чёрного клана выпрямленной ладонью с невероятной скоростью отрубила Стоуну руку чуть пониже локтя, и уже спокойно себе жевала его плоть с ехидной ухмылкой. Стив ни барьер не успел выставить, ни уклониться. Разница в силе чувствовалась такая, будто перед ними два Арвида.

Кровь хлынула из отрубленной руки, Стоун только и успел, что прижечь рану собственным колдовством. Остальные студенты замерли в нерешительности сделать хоть что-то. И тогда вампир, парящий над всеми, мерзко загоготал, вознося руки перед собой, и объявил:

— Сопротивление бесполезно, щенки Хигса. Этот поезд теперь принадлежит нам — клану Блэкхарт! Будете вести себя хорошо, останетесь слегка обескровлены, но живы после того, как мы уйдём...

Но даже острое зрение древнего вампира не успело заметить исчезновение Хисао с перилл лестницы.

В одном Эшфорд ошибался: Бельмонту совершенно не понравилось то, что он увидел. Он медленно снял с лица очки, педантично протёр платком из кармана, вложил их в футляр, спрятал под одежду, а потом выступил к парящему вампиру.

— Что, первый кандидат на питание? Хорошее телосложение, на перекус нам хватит. Верно говорю, Сивиллочка? — Роузан наконец заметил, что его спутница давно грызёт до самых костей руку мага, и обиженно фыркнул.

— На колени.

Сила доминанты волной раскатилась по всему холлу. Сначала ничего не произошло, а потом против своей воли на пол уселись товарищи Дрейка, даже Диана. Бельмонт не регулировал силу доминанты, не фокусировал против кого-то конкретного, он сосредоточился на максимальном эффекте против лордов-вампиров.

— Да как ты... — с ошарашенным видом проговорил Роузан, которого тянуло к полу со страшной силой.

Напарницу Роузана едва не сплющило под напором силы подавления: девушка подавилась остатками руки Стоуна, не способная ни проглотить этот кусок, ни выплюнуть. Бессильно дёргалась в конвульсиях, посаженная на колени насильно, без возможности поднять голову.

Остальные могли только смотреть, стоя на коленях, не в силах даже говорить.