Опаленные души. Часть вторая: Зеленое пламя

Бровь Габриэля раздраженно дернулась.

– Слушай… – зло сказал мужчина.

– Лотти, почему ты здесь стоишь? – внезапно донесся до мужчин мягкий мужской голос.

И тут служанка, наконец-то среагировала. Она резко повернулась и сказала:

– Прибыл Габриэль Смит, – после чего отошла от двери, давая мужчинам пройти.

Смит проводил ее недоуменным взглядом… получается служанка знала, кто они? Но почему тогда не пускала внутрь? Габриэль отвел от нее взгляд и медленно прошел в светлую и неожиданно чистую от смога прихожую.

И там его уже ждал темноволосый мужчина средних лет. У него были длинные темные волосы, завязанные в хвост, мягкое, доброе лицо и темные глаза, за которыми скрывался взгляд. Да, именно взгляд, ведь от него прямо разило настороженностью и опаской… а еще сильнейшим неприятием, щедро сдобренным глубинным гневом. Последний раз Смит видел подобное от своего командира, когда тому сообщили, что Габриэль теперь часть его горячо любимого отряда… и мужчина совершенно не ожидал увидеть отражение этих эмоций у представителя семьи его гипотетической «жены».

Внезапно сердце Смита затопило очень нехорошее предчувствие. Если его встречают подобным образом… возможно ли, что он уже совершенно нежеланный гость в этом доме? Или это просто единичный случай?

– Добрый день, – решился разбить напряженное молчание Вольф.

– Хмпф, – ответил хвост.

Судя по его виду, он был абсолютно не согласен с данным утверждением. И мысленно Габриэль был с ним абсолютно согласен… он даже злиться меньше стал.

– Значит это вы человек, заимевший себе четырех вассалов? – наконец спросил хвост.

Судя по голосу, он ненавидел факт вассалитета Смита едва ли не больше всей этой ситуации. И Габриэль снова был с ним совершенно согласен! Эти вассальные штуки принесли ему просто тонну проблем! К сожалению, если он хотел оставаться в своем уме, то выбора у Габриэля не было… но это не означает, что он начал любить этот огромный геморрой!

– Да, – мрачно сказал Габриэль.

– Зря, – просто сказал хвост.

И в его глазах было столько глубокой, бурлящей злости… невольно Смит ощутил к хвосту прилив искренней симпатии. Редко с ним такое происходило…

– Знаю, – просто сказал Габриэль.

Хвост удивленно на него посмотрел, после чего… в его глазах мелькнула искра печального понимания.