Опаленные души. Часть вторая: Зеленое пламя

За последний час, в ее жизни произошло слишком много событий, чтобы она смогла выжать из себя хоть какие-то эмоции, кроме усталости.

– Валери! – проигнорировала ее девушка – Отойди от этой штуки! Что это вообще такое, и почему оно двигается? – с отчетливым ужасом спросила неизвестная.

Гринфайер же, похоже искренне пораженная наличием этой девушки поблизости, непроизвольно оглянулась и… еле увернулась от обожженного немертвого медведя.

– Тупая слуга! Не отвлекайся! Никакой крови! – крикнул дворецкий, после чего повернулся к новоприбывшим и хотел было что-то сказать, но…

Неизвестная полностью его проигнорировала и побежала к сосредоточенной Валери.

Джордж же быстро подошел к Ренате и попытался поднять. К сожалению, девушка была не в том состоянии, чтобы стоять на земле – ее ноги немилосердно дрожали. Джордж нахмурился и примерился к туловищу Ренаты, видно решив взять ее на руки, но девушка только отмахнулась.

– Помоги Валери, – как могла твердо сказала Чендлер.

– Этот слуга не смеет указывать, но слова молодой госпожи крайне мудры.

Необходимо разобраться с химерой как можно быстрее, – быстро сказал Маркус – Эта вещь будет охранять молодую госпожу.

Джордж зло покосился на куклу, после чего перевел взгляд на сражающихся женщин. Хотя сражением это было сложно назвать - неизвестная скорее мешала Валери атаковать, не подпуская к химере.

– Виктория, отойди! – зло крикнула Валери, видно окончательно устав от действий девушки.

– Катись к демону, сестра! – огрызнулась новая Гринфайер – не мешайся под ногами!

– Вы обе отойдите! – прорычал Джордж и зажег на руке болезненно яркое алое пламя.

Гринфайеры, видно каким-то звериным чувством ощутив опасность, одновременно откатились в стороны и теперь ничто не мешало медведю встретится с испепеляющей волной огня. В воздухе нестерпимо завоняло паленой шерстью и Рената ощутила, что ее сейчас стошнит. Жуткая головная боль делу не помогала. Спустя несколько секунд, Джордж снизил напор огня, и обугленная туша медведя тяжело упала на землю.

Больше она уже не двигалась.

Рената устало на нее посмотрела и медленно поднесла пальцы к глазам, чтобы потереть виски. Головная боль усилилась и теперь, буквально, убивала девушку. Ей нужно было отдохнуть… очень нужно.

Хотя, если ее голова пройдет, то Рената сможет думать. А она не хотела. Девушка отдала бы многое, чтобы больше никогда и ни о чем не думать. Чтобы ее маленькое прозрение про сны и разумную ненависть так и осталось необдуманной догадкой в глубине ее разума.