Хрустальная роза

Отец был с этим не согласен, но не мог пойти против традиций. И тогда он попытался убить Ишэйну. Ну и меня заодно. Нам тогда было по семь, и спас нас пробуждающийся дар Ишэйны. Потом были еще попытки и еще. К четырнадцати годам мы пережили семнадцать покушений. Мы сразу поняли, кто стоит за ними, но доказательств не было. Ишэйну магический дар сделал беспечной, но я знала, что необходимо это прекратить. Один случай, одно совпадение или не успевшая прийти охрана — и кто-то из нас погибнет. Я долго ждала, охотилась.

заставила

деда, короля, казнить своего сына, нашего отца, чтобы спасти сестру.

Ирэйна замолчала, а Лоренс не знал, что сказать: он до сих пор пребывал в шоке от услышанного. Она повернулась к нему. В глазах ее не было ни боли, ни сожаления, словно она рассказала страшную сказку из книги, а не историю собственной семьи.

— Вот это, Лоренс, когда отец детей не любит.

— Мне жаль, — тихо произнес Лоренс, имея в виду, естественно, не своего отца.

— Я уже говорила, что ты можешь делать со своей жалостью.

Лоренс коснулся ее руки.

— Мне жаль, что жизнь сделала из тебя воина, а не принцессу.

Ирэйна подняла на него взгляд, и он утонул в ее глазах. Они поняли друг друга без слов.

— Я не жалею. Иначе бы мы сейчас не ехали с тобой по этой дороге.

— Это взаимно.

— Естественно, ведь тебе повезло больше, — она вновь перешла на легкомысленный тон.

— Почему?

— У тебя умная, красивая, образованная, вежливая супруга.

— Когда ты положила меня на лопатки на тренировке, я почувствовал, какая ты вежливая, — парировал Лоренс, но его губы изогнулись в улыбке. А Ирэйна и вовсе рассмеялась.

— Ты очень красиво улыбаешься.

Их кони шли совсем близко, и когда она вновь повернулась к нему, они едва не встретились носами. Ирэйна прищурилась, вглядываясь в его лицо. Ему враз стало неуютно. Захотелось пришпорить коня, но он сдержался, лишь холодно заметил:

— Я был бы тебе благодарен, если бы ты проявила меньшее любопытство к моей внешности.

— У тебя веснушки, — не слушая Лоренса, заявила Ирэйна.

— Что? Это не смешно.

— Я не шучу.