Тот Мир

ОНО явилось из Того Мира под видом Проводника и хотело утащить меня к себе, сделать недоступным для других людей то, что узнал я.

В этом заключался парадокс. Вместо того чтобы захватить в свой мир как можно больше существ из мира этого (а я уже почти не сомневался в том, что Тот Мир таит в себе какую-то скрытую опасность), злобная тварь сама пыталась скрыть от людей вход Туда…

…Так я думал тогда, ещё только смутно догадываясь об истинной сущности Того Мира. В то время я ещё не знал, что значило то страшное исчадие ада, погубившее мою едва зародившуюся земную любовь.

Я был ослеплён обманчивой красотой Того Мира и не подозревал, что он может оказаться вовсе не дружественным. Я слепо верил Проводнику - ведь фея напоминала Её - ту, ради которой я мог сделать всё, что угодно. И всё же зерно сомнения упало в мою душу и пустило буйные ростки. Теперь я всё чаще пытался осмыслить то, что происходило в моей жизни, балансировавшей между золотым земным солнцем и алой Луной Того Мира, Ею и Проводником, реальностью и мечтой.

Я стремился постичь природу своего счастья – хрупкого, эфемерного состояния, манящего к себе, но рассыпающегося в прах от прикосновения.

И я искал того монстра.

…Моя душа вышла из тела и лёгкими, невесомыми шагами отправилась в Тот Мир. Она долго блуждала по нему, долго бродила среди огненных облаков и безграничных просторов. Ей не нужны были проводники, поскольку она путешествовала отдельно от разума. Она искала другую душу. Той не было нигде.

Бесплотный дух ворвался в пещеру, в царство темноты и света.

И там, среди «них», он увидел увядшее навеки существо со светлыми волосами. И тогда осиротевшая душа внезапно почувствовала дикий холод. Холод одиночества.

Это случилось, когда я случайно встретился взглядом с Ней.

В Её прекрасных глазах я не увидел жизни. Всё замёрзло. В этом быстром взгляде прозвучал такой лёд, что я понял: это конец.

Она прошла мимо, а я вдруг встал на месте, как будто с размаху налетел на невидимую стену. Одинокая душа возвратилась в моё тело, и сознание в одночасье пропиталось кристалликами льда.

Я долго ещё стоял на дороге посреди сгущающейся темноты, ничего не замечая. Видимо, у меня и правда было тогда только одно спасение - уйти в Тот Мир, забыть, поскорее забыть всё, и – забыться…

Этой ночью на умершую землю погребальным саваном лёг белый снег. Я ушёл в поле и пробыл там два или три долгих вечерних часа, которые показались мне вечностью.

Снег… Пушистые белые хлопья.