Моя крылатая удача. Книга 1

Кажется, память возвращалась…

Он припомнил всё, что произошло: нападение у реки, предательский удар в спину, чужая хижина, встревоженная хозяйка на пороге.

Кажется, он просил помощи, объяснял, что его не нужно бояться, что он сам – несчастная жертва грабителей. Радует, что у него хватило ума, сразу воспользоваться кольцом и говорить на тайвиэльском. Видимо, оказавшись здесь, он ещё что-то соображал.

А вот потом… пожалуй, уже не очень...

Так безрассудно Ларс ещё ни разу не подставлял свою шею. Доверился абсолютно незнакомым людям – уснул, как последний дурак.

Да, кажется, старушка сказала, что живёт тут с внуком. Парня он тоже вспомнил – тот не производил впечатления опасного человека. Но мало ли, кто и что говорит… Вдруг ночью сюда ещё кто-то заявится.

А ещё те четверо, которых Ларсен скрутил и бросил на берегу, могли уже освободиться, перевязать раны и кинуться за ним в погоню.

Как он мог настолько потерять бдительность?

– Жар у тебя поднялся… – заботливо пояснила старушка, очевидно, заметив его растерянность. – Из-за раны, видно. Ты не бойся, милок, я и не таких на ноги ставила. Отлежишь, отоспись! Завтра уже легче будет. Ишь, злодеи бессовестные, как они тебя…

– А где… – начал было Ларсен.

– Вещи твои? – понимающе кивнула хозяйка. – Вот, в углу всё. И лошадку твою Рустан напоил да накормил. И птичек тоже… На столе вон клетки.

Ларс выдохнул облегчённо. От слабости кружилась голова. А ещё на него напал озноб, несмотря на южную жару.

– Спасибо большое за заботу, – почтительно кивнул он. – Я в долгу не останусь.

– Ох, щедрый какой! – хмыкнула старушка. – Не всё в этом мире, милок, в звонкую монету обратить-то можно. Самое главное – за деньги не купишь. Вот есть у тебя кошель, а в кошеле даны серебряные… А не попадись тебе на пути мой дом, упал бы на дороге да отошёл, и серебро бы твоё не помогло… Так?

– Так, – вздохнул Ларсен.

– То-то же! А теперь давай-ка ложись и спи до утра, сил набирайся! – велела старушка. – Я тоже устала, тоже отдохнуть надобно.

– Спасибо вам! – ещё раз повторил Ларсен, послушно вытягиваясь на лежанке.

На душе было, конечно, муторно. Обычно он вёл себя намного благоразумнее. Но сил на сомнения, опасения и подозрения, у Оллье сейчас просто не осталось – измучила проклятая рана.