Гнев гор

Черные нити древнего проклятия опутывали его ауру. Гнев Гор звал своего Повелителя к себе. Боюсь, что Айрдгал просто не знал, что выпустил на свободу, а Великая Мать не удосужилась предупредить его, ведь то был ее план.

Почему-то мне, кажется, что и встреча с переломанными в топях тоже воплощенная мысль богини, ведь именно проклятие зверя не дает другому проклятию полной власти над Наместником Предков.

– Яра, – оттолкнув воинов, ко мне подошла благородная. Внешний вид Эдары оставлял желать лучшего, хотя я сама выглядела не королевой в изорванной одежде.

– Сама не верю.

– Я так за тебя боялась, – разрыдалась она. Не люблю я подобное, и как вести себя не знаю. К тому же за нами наблюдали гномы.

Меня, как не странно, спас Брол.

– На ней Венец!

Как по команде по пещере эхом разнесся шепот гномов:

– Венец. Венец.

И только сейчас я обратила внимание, что здесь находились женщины и дети.

– Даргаст, похоже удача на нашей стороне, – Брол хлопнул по плечу мастера Торвута. – Девка сможет провести церемонию.

– Перед тобой Наместница Жизни, мразь, – процедил Аларик.

– Она человечка, – презрительно и немного брезгливо бросил он в ответ.

– Что здесь происходит? – потребовала я ответа.

– Твой супруг дал слово, – обрадовал меня молчавший до этого момента Даргаст.

– Аларик, что они от меня хотят? – слепо выполнять чьи-то указания я не собиралась.

– Его лояльность имела цену, – неохотно произнес гар Хейм. – Мы посчитали, что подобный исход лучшее для ветви мастеров. Думали, что Гнев Гор припугнет всех и сможем усмирить его и вновь запечатать проклятие.

– С порождением все ясно, – нетерпеливо произнесла я. – Что имел в виду одноглазый.

У Эдары невольно вырвался смешок, и она с чувством произнесла:

– Видит бог, Яра, нам всем тебя так не хватало.

– Не упоминай богов, – процедила я сквозь зубы, а пальцы крепче впились в проклятое сердце. – Ну? Кто мне объяснит, чего так жаждут мастера, что не побоялись заключать договора с сущностям.

– Заткнись, девка! – рыкнул на меня Брол.

– О чем Хорекар? – Даргаст вновь облагодетельствовал нас своим вниманием.

– Никто не хотел запачкать рук, Торвут, – зло выплюнул Брол. – Даже самый продажный клан побоялся, но не мои предки.