Гнев гор

Одна жизнь взамен тысячам. Несколько поломанных судеб, чтобы спасти мир. Вот только они не спасали мир, они шли к своей цели. Нет, этого всеобщего блага, а есть лишь корысть. Ни за что не поверю, что Великая Мать действовала в интересах своего народа. Да и был ли у нее свой народ, ведь она полукровка: не эльф и не гном – всего лишь смесок.

– Чтобы ты себе не вообразила, Ярогнева, – тихо, но уверенно произнесла Безымянная, – но мы не зло.

Я в ответ лишь тускло улыбнулась. Спорить с тем, кто свято уверен в своей правоте – глупость.

– Не время сейчас для подобных бесед! – отрезал милорд ректор. – Пора делать дело! И начнем мы с того, что Совет мастеров признает тебя, Зертиш, Наместницей Жизни, и водрузить на твое чело Венец.

Я даже не стала спрашивать, зачем это делать. Лишь молча склонила голову, когда один из мертвых мастеров опустил на мою голову каменную корону. Изящная вещица весила не мало, невольно пришлось приложить усилие, чтобы держать голову прямо.

– Хороша, – тонкие пальцы старухи ухватили меня за подбородок, заставляя смотреть ей в глаза.

– Я польщена, – резко дернув головой, освободила подбородок.

– Оставь ее, Эльезара, – приказал ректор. – Мергар, Сердце. Отдай его!

– Прошу... – прошелестел гном. – Если вы заберете его, мы потеряем остатки разума, став нежитью.

– Кого это волнует, Мергар? Мне глубоко безразлично, что станет с вами.

– Мы не выпустим, человечку! Слышишь! Не выпустим, – злобно оскалился мастер.

Последние слова гнома зародили в моей душе нехорошее предчувствие. С этим Сердцем все было непросто, и меня в очередной раз заставят делать то, чего я не желаю.

– А вам и не придется кого-то выпускать, – равнодушно произнес Аделард. Теперь-то мне была известна причина его безразличия и холодности.

– Жертва?! – алчно переспросил гном. – Ее принесет Наместница?

– Принесет, – согласился за меня ректор.

– Нет! – с холодной яростью произнесла я. Как же мне надоело быть безвольной куклой. – Убивать кого-то вы меня не заставите!

– От этого будет зависеть твоя жизнь, Ярогнева, – ласково произнесла Безымянная, хотя нет, теперь я знала, как ее зовут – Эльезара. Вот только ничего не изменилось в моем отношении к ней, сейчас она была злом.