Половина моей души

В комнате стояла невыносимая духота, а воздух был наполнен одуряющим запахом каких-то трав и ладана.

– Ты очнулась, – в поле моего зрения появилось бледное лицо отца с лихорадочно блестящими глазами. – Я весь день не мог тебя разбудить! И лекарь приходил, и отец Карст – никто не смог сказать, что с тобой произошло.

Мне стало совестно: он совсем недавно похоронил жену, за считанные месяцы сгоревшую от неизвестной болезни, а теперь дочь, ещё накануне чувствовавшая себя превосходно, вдруг заснула мёртвым сном.

– Прости, – тихо проговорила я, протягивая к отцу руку, которую он тут же обхватил своими огромными мозолистыми ладонями.

– Я должна тебе кое в чём признаться.

Скрывать от отца тот факт, что каждую ночь я против своей воли перемещаюсь в другой мир – предположительно в будущее, – становилось всё трудней. Поэтому я решила рассказать ему правду.

Рассказ о моих ночных – и не только ночных, – похождениях отца, закономерно, не обрадовал.

– Это нужно как-то остановить, – категорично заявил он. – А вдруг ты однажды застрянешь в том, другом мире, насовсем и не сможешь проснуться?

– Не думаю, что это возможно, – покачала я головой.

– Моё пребывание там обеспечивается магией – моей магией. А она не бесконечна. Как только силы заканчиваются, я сразу же возвращаюсь назад, – улыбнувшись, я шутливо добавила: – Ну, или если меня кто-нибудь разбудит.

Отец не выглядел убеждённым.

– Эта магия до добра тебя не доведёт, – мрачно проговорил он. – Чем больше ты играешь с ней, тем хуже становится.

– Что хуже становится? – от моей весёлости не осталось и следа.

– Всё. Твоё поведение, отношение к тебе людей. Ты ведь этого даже не замечаешь!

– Чего не замечаю? – я не понимала, о чём он говорит.

– Того, что происходит вокруг, – голос отца звучал расстроено. – Раньше ты не так часто использовала свои силы, да и то по мелочам, и это почти не бросалось в глаза. А потом начались эти твои бесконечные походы на болото. Народ сразу же стал шептаться по углам, строить всякие жуткие предположения о том, что именно ты там делаешь.

Затем ты перешла на открытое использование магии – то соседскому мальчишке коленки залечишь, то пожар потушишь. Лекарю вон всё время всякие редкие травки из лесу таскаешь, которые он только на картинках и видел.

– Разве это плохо? – тихо спросила я, прервав его пламенную речь. – Ты всегда учил, что людям нужно помогать – я и помогаю. Так, как могу.

– Людям нужно помогать, – согласился отец, – но не так! Нельзя использовать магию.