Половина моей души

– Обидели? – в голосе мужчины слышалась горечь вперемешку с застарелой болью. – Я – лорд Кэнхэй, мои владения вторые по площади в королевстве. Мои земли всегда были плодородными, мои крестьяне жили в сытости и достатке. Несколько лет назад недалеко от моего замка, на заброшенной мельнице, посилились три старухи. Люди из соседней деревни вскоре после этого начали жаловаться, что у них коровы перестали давать молоко. А ещё спустя какое-то время порядочные мужики ежедневно стали наведываться на мельницу. И чем чаще они туда ходили, тем слабее становились.

Когда же мои люди приехали на мельницу разобраться, что происходит, все были сражены неведомой хворью. Следом за ними зараза скосила половину деревни и треть обитателей замка, включая мою жену и пятерых детей. И только после того, как мельница вместе с её обитательницами была сожжена, болезнь прекратилась.

Мне на это нечего было сказать. Разве что…

– Мне жаль, – я приблизилась к рыцарю и твёрдо взглянула ему в глаза. – Знаю, ничто на этом свете не заставит вас поверить в то, что не все ведьмы используют магию во зло.

– Ваша правда, – признал Кэнхэй, – я никогда в это не поверю. Однако я могу допустить, что сейчас вы не желаете никому из нас зла. Только вот что будет завтра? Или через месяц? Год?

Я коротко рассмеялась.

– Так далеко я не заглядываю. Нам бы хоть эту ночь пережить.

– Переживём, – без тени сомнений заявил рыцарь. – А потом я с вас глаз не спущу, госпожа ведьма.

* * *

Несмотря на все опасения, моих сил вполне хватило, чтобы продержаться до рассвета.

С первыми лучами солнца айвур, издав громкий, душераздирающий вой, скрылась в лесной чаще, прихватив с собой и своих мохнатых помощников.

Благодаря стараниям Кэнхэя все участники похода благополучно проснулись, хоть и жаловались на жуткую головную боль «как с похмелья».

Новость о предательстве слуги стала для всех неприятным сюрпризом.

– Как ты мог, Уид? – с сожалением спросил Бэкмор, чьим личным слугой тот являлся. – Ты служил у меня целых три года! Я доверял тебе.

– Что доказывает, как плохо ты разбираешься в людях, – с насмешкой заметил Кэнхэй.

– Мы все ошиблись в нём, – прервал в зародыше возможную перепалку Орсэй. – Сейчас главное поймать айвур и доставить этого мерзавца на суд к королю.

Я почти не слушала их разговор, отчаянно цепляясь за своё присутствие в этом мире: как сквозь толщу воды до меня доносился обеспокоенный голос отца, очевидно, безуспешно уже некоторое время пытавшегося меня разбудить.