Половина моей души

– Тебе жаль? – Лесная дева вплотную приблизилась к моей клетке. – Я только что призналась, что уничтожила твою семью, друзей, всех, кого ты знала, помогла организовать нападение на твоего обожаемого принца, хотела убить тебя саму. И после всего этого тебе меня жаль?

– Да, – просто, а что главное абсолютно честно, ответила я. – Когда-то давно тебе причинили страшную боль. И теперь ты ранишь других. Это очень грустно. Кроме того, – я выдавила из себя слабое подобие улыбки, – меня ты всё же не убила, хотя за то время, что я живу здесь, возможностей у тебя было предостаточно.

– Я просто не смогла! – от былого безразличия не осталось и следа. Кеназ буквально всю трясло от ярости и гнева. – Там, в деревне, под окном твоего дома, впервые за тысячу лет выросло дерево с альвир. И это крохотное существо отдало свою жизнь, защищая тебя. Как я могу обесценить его жертву?

И Кеназ вдруг рухнула на колени на землю, закрыла лицо руками и горько разрыдалась.

Несколько долгих, томительных секунд я смотрела на её склонённую макушку и подрагивающие плечи, и моё сердце буквально обливалось кровью.

Как много зла в мире! Один человек – маг, лесной дух, неважно, – причиняет зло другому. Тот, от боли и гнева, вредит кому-то третьему. И зло передаётся по цепочке, порождая всё новые и новые беды и отчаяние. И нет этому ни конца, ни края.

Так, быть может, Сын Божий был прав, предлагая подставить левую щёку, когда тебя ударят по правой?

Я осторожно просунула ладонь сквозь прутья своей импровизированной клетки и нежно погладила Кеназ по голове.

Лесная дева, вздрогнув, запрокинула голову и встретилась со мной взглядом.

– Я прощаю тебя, – тихо, но твёрдо проговорила я. – За всю ту боль, что ты причинила мне и моим близким. Я не держу на тебя зла.

Зрачки лесной девы расширились, а слёзы на глазах вдруг высохли. Я же продолжала мягко перебирать пальцами её серебристые волосы, надеясь, что эта незамысловатая ласка принесёт Кеназ хоть небольшое утешение.

– Ты больше не будешь одна, – сказала я после небольшой паузы.

– Я останусь рядом. Столько, сколько ты захочешь.

Кеназ на мгновение прикрыла глаза, и её лицо искривилось в мученической гримасе. А затем – изящный взмах тонкой кистью, и прутья моей клетки ушли вновь под землю, словно их никогда и не было.

– Уходи, – Кеназ решительно отстранилась от меня и, криво усмехнувшись, добавила нараспев: – Спеши на помощь принцу, спасай тирана и убийцу.

Её лицо вновь приняло замкнутое выражение.